Проклятый Лекарь. Род II

Схватил Михаила за плечо и дернул в сторону. Он был словно пушинка. Я не почувствовал никакого сопротивления. Его руку оторвало, а самого откинуло в другую сторону. Конечность, сразу же растворилась, превратившись в какую-то черную жидкость, которая потом стала дымом и втянулась в меня.

Крика не слышал, но будто какая-то вибрация исходила с той стороны, где валялся слабый объект. Теперь вибрация пошла от… Сука, как же тяжело собраться! Сосредоточился на звуках.

— По… По… Пожиратель… — вибрировал Самсон.

Я поплыл к нему.

В меня полетели “воздушные кулаки”, “ветряные копья”, “иглы воздуха”. Скорость, с которой умудрялся колдовать Ветров-старший, удивляла, вроде боров, а такой прыткий. В меня даже направили “воздушный таран”. Вот только вся магия просто проходила в меня и там растворялась.

Он поставил передо мной стену защиты и окутал себя воздушной “тюрьмой”. Я продолжал видеть перед собой и как бы над собой. Это очень нагружало и сбивало с толку. Будто одним глазом смотрю в одну дырку, а другим — в другую, и там разные события происходят.

Когда оказался около этой стены, то она просто лопнула, как пузырь. Продолжил плыть к твари, до него оставалось каких-то два метра. Вижу, что объект достал что-то яркое и круглое и пытается надеть себе на конечность. Прикасаюсь к его “воздушной тюрьме”, и она взрывается, Ветрова начинает откидывать назад.

Из субстанции, которой являюсь, пытаюсь сформировать руку и успеваю его схватить за толстую рожу. Он вопит. Очень сильная вибрация исходит от него.

Наверное, орет. Светящийся предмет наконец-то одет объектом, в моих руках Самсон начинает растворяться и просто исчезает.

Меня переполняет злость. Животная ярость, обида! Эта тварь после всего, что сделала — ушла. Попытался заорать.

* * *Черные тени перемещались по всей Великой Российской империи. Разные города, губернии, некоторые были даже в других странах. Они услышали то, чего не было уже ни одну тысячу лет. Об этом рассказывали деды, и их деды слышали от других и так далее. Нерушимый закон — “Проклятие Смерти”.

Если брат его бросает, значит, никто не может ему мешать. Никто и никогда! Иначе смерть! Это правило, которое выше государя, выше личных принципов.

Конечно, чтобы сделать такое, должны быть веские причины, и если они слишком малы, то после всего случившегося собирается совет старейшин. И если они принимают решение о неправомочности действий, то эту тень ликвидируют. Целью всех становится убийство брата, который нарушил порядок.