Проданная невеста (СИ)

Впрочем, длилось это не более секунды, а когда в гостиной возник мужчина в черном, которого королева узнала не сразу, он бросился к леди Лайт и подхватив ее на руки, перенес на диван.

- Торн? – только и проговорила королева, узнавая мага, который постоянно находился при ее супруге. По крайней мере, до некоторых пор.

- Умоляю, не кричите, ваше величество, - быстро ответил маг, - я пришел, чтобы помочь.

Алисия отступила в сторону не мешая, но и не помогая Торну. Лишь пристально стала следить за тем, что он делает.

Королева успела лишь ахнуть, когда поняла, что маг вовсе не убил ее фрейлину, а напротив, спас ее, пронзив острием ножа то, что находилось в горле бедняжки.

К тому времени, когда Торн вытащил из горла леди Лайт нечто странное с черными щупальцами, королева достала из-за пояса нюхательные соли и прижала к носу, пытаясь остаться в сознании.

- Вот и все, - проговорил Торн и слез с Морриган, которая резко села и, держась за горло дрожащими руками, отчаянно дышала, словно не могла надышаться.

- Сдохни, тварь! – рявкнул Торн. Он швырнул черное существо на мраморный пол и сразу же ударил огнем, испепелив то, что вытащил из леди Лайт.

Ее величество снова прижала к носу нюхательные соли, а затем дрогнувшим голосом спросила:

- Что это было?

- Душильщик, - ответил Торн небрежно.

- Какая мерзость, - королева отвернулась. – Откуда она только взялась!

Торн усмехнулся, затем склонился над закашлявшейся леди Лайт, проверяя, все ли с ней в порядке, а затем ответил на вопрос:

- Это подарок от его величества за верную службу, моя королева. И есть вероятность, что у вас тоже может быть нечто подобное внутри.

Она задохнулась от ужаса, сняла с пояса веер и принялась обмахиваться, при этом стараясь не смотреть ни на Торна, ни на леди Лайт.

Глава 18

Этой ночью Рейн любил меня так, словно в последний раз. Я и сама испытывала непонятную страсть, которую подстегивала грозившая нам обоим опасность. И уже позже, когда мы лежали, сжимая друг друга в объятиях, прошептала со смехом в голосе. Впрочем, смех был больше наигранным и грустным, чем мне бы хотелось.