Проданная невеста. Наследник корпорации

Жажда жизни. Он рванул застежку моих джинсов, скорее разрывая, чем расстегивая. Они плотно облепили ноги, намокнув, и Зверь стянул их с меня вместе с бельем. Я оказалась совершенно голая и горячая. Доступная ему вся. Мне не хотелось закрываться, не хотелось прятаться. Прижавшись к нему так плотно, что в живот вдавился напряженный член, я прошептала:

— Делай, что хочешь…

Это была не просто благодарность. Настоящее желание оказаться в руках Зверя в полной его власти. Этого многие девушки мегаполиса боялись. Но я мечтала об этом с тех пор, как его узнала.

Я забросила ногу ему на бедро, прижимаясь ближе, и ощутила, как влажные пальцы проникают в меня. Он проверял мою готовность. Действительно ли я чувствую то, о чем говорю.

От наслаждения я выдохнула ему в лицо."

"Мои глаза закатились. Я оперлась спиной на стену — если бы не она, ослабевшие ноги бы меня не удержали.

И пока я сходила с ума, он просто смотрел.

Пока мы вместе, он уже не раз насладился моим телом. Теперь его интересовало нечто большее.

Он хотел, чтобы я наслаждалась им. Хотел видеть, как сильно я хочу его.

И он это заслужил.

Так откровенно, с таким желанием я никогда ему не отдавалась.

Словно изучая меня, Зверь еще раз сделал это пальцами, а затем расстегнул ширинку своих мокрых джинсов, и овладел мною, пока душ лупил ему в спину. Я открыла рот и сладко выдохнула. Ощущая, как он меня заполняет.

Это было так остро, так чувствительно, словно у меня не было кожи. И каждое прикосновение ощущалось, как нечто невероятное. Первым же толчком он раздвинул мне бедра так широко, что заныли сухожилия.

— Еще, — прошептала я ему на ухо.

Ногтями впилась в плечи, подзадоривая его. Наши бедра плотно прижались друг к другу, и я застонала от удовольствия. Он сдерживался, я ощущала, как дрожат разогретые мышцы, но хватило его ненадолго. Застонав вместе со мной, он прикусил кожу на шее и закончил все за несколько толчков. Отпустил не сразу, сжав так сильно, словно хотел раздавить.

Наконец, Зверь поставил меня на ноги.

Поцеловал в лоб, и встал под душ, смывая с себя лесную грязь.