Проданная невеста. Наследник корпорации

На этот раз мы поднимались не в зал совещаний, а в личный кабинет отца. Коринна, как выяснилось, отлично тут ориентировалась.

— Папин кабинет.

Он был просторным и шикарным — я ахнула. Дорогая мебель, антиквариат. Охрана осталась за дверью, и мы с сестрой переглянулись.

— Ты не успела договориться? Пригласи помощницу, — подсказала Коринна. — Через нее вызовем нотариуса.

Я поискала кнопку вызова персонала. Коринна показала, где — под столом. Можно коленкой нажать.

Через секунду заглянула вчерашняя помощница. Выглядела она так свежо и профессионально, что я позавидовала.

— Принесите нам кофе, — попросила я. — И вызовите нотариуса. Документы, которые врачи подписывал Маре, имеют копию? Мы подписывали три экземпляра.

— Да, они хранились в правлении, но… Теперь они больше не нужны, ведь так? — тактично намекнула она на смерть Маре.

— Принесите мне электронную копию. В известность никого не ставьте.

Та кивнула и вышла.

— Думаешь, не разболтает охране? — спросила я.

— Она? — Коринна с насмешкой подняла брови.

Через несколько минут кофе стоял на столе, рядом лежала флешка с документами. Я вставила ее в компьютер, и открыла документ, чтобы вычеркнуть Маре и вписать туда имя Коринны. Члены правления тоже полетели в корзину. Нотариус подошел даже быстрее, чем я закончила. Это был седовласый мужчина в костюме, похожий на гробовщика.

— Я хочу передать корпорацию сестре, — сказала я, — и полностью отказаться от своей доли с некоторыми условиями.

Я перечислила все, о чем мы договарились накануне. И через десять минут передо мной лежали исправленные и готовые документы, которые осталось лишь подписать.

— Исторический момент, — вздохнула Коринна.

Я была с ней полностью согласна.

Поставив подписи, одну стопку документов я отдала Коринне, другая досталась нотариусу, а третью я взяла себе, и мы разошлись, довольные собой. Перед тем, как попрощаться с сестрой, мы зашли позавтракать в кафе.

— Для них взяла? — спросила она про документы, стопкой лежавшие на столе.

Я уже расправилась с фаршированными блинчиками, и пила кофе. Руки дрожали, когда я представляла, как буду это им говорить… Вот это мандраж.

— Да. Покажу, чтобы убедились.

— А я допью и поеду в аэропорт. Улечу на папином джете в Лондон, после посадки позвоню.

— Спасибо, — я обняла сестру на прощание.

Мы тепло распрощались, я вызвала для нее такси. В «Авалон» возвращалась притихшая перед бурей.