Проданная невеста. Наследник корпорации

— Лили! — голос охрип, в нем появился сырой голод, который кричал: где ты, как ты, что с тобой?!

Он уже знает, что я беременна.

Это слышно по звериным эмоциям и реакциям: он ищет меня. Вика все ему рассказала.

— Я в госпитале, — выдохнула я сквозь слезы, в дверь уже начали стучать, так что мы говорим последние секунды. — Сейчас меня увезут назад. Если ты не успеешь, скорее всего, мы больше не увидимся.

— Мы уже едем. Как ты, Лили? Ты здорова?

Я не успела ответить: дверь не сломали, а открыли ключом. Охрана вырвала телефон, проверяя кому я звонила, но и я не собиралась этого скрывать.

— Она звонила в «Авалон», — сказал начальник охраны, сверив номер. — Твою мать!

Он так взглянул, словно хотел врезать мне. Наверное, почувствовал себя идиотом, попавшись на уловку двух девчонок. Но бить дочь Девина не осмелился.

— Быстро за мной! — меня схватили за рукав, не церемонясь, и повели к выходу из палаты.

— Что вы делаете! Я плохо себя чувствую! Это правда!

Меня не слушали. Врачи расступились в стороны, не понимая, что происходит и почему меня уводят.

— Подкрепление вызови, когда они приедут? — одновременно он пытался держать все под контролем, но было видно, что он едва сдерживается, чтобы не распсиховаться.

Он был на пределе, понимая, что они втроем могут попасть в засаду, из которой уже не выберутся.

Я крепко их подставила, и они это знали.

Глава 23

— Я не пойду, — начала я упираться.

Безопасник так рванул меня за плечо, что чуть не выдернул руку.

— Немедленно отпустите! — проорала я, когда поняла, что меня тащат к лифтам. — Помогите!

Втроем они зашвырнули меня в лифт, и отрезали выход. Я прижалась спиной к зеркальной стенке, глядя, как в коридоре толпится медперсонал и даже пациенты больницы — мы наделали шума.

— Помогите! — снова заорала я на них.

Безопасник молча оголил пистолет, и никто не рискнул подойти к лифту. Когда створки закрылись, он резко повернулся ко мне. Поджатые губы, глаза, полные разочарования и паники.

— Заткнись, — негромко, но с чувством сказал он, растеряв остатки уважения перед дочерью Девин. В конце концов, сколько бы у тебя ни было денег и влияния, перед лицом смерти все равны. — Попытаешься сбежать — сломаю тебе ноги и все равно попадешь туда, куда надо.