Проданная невеста. Наследник корпорации

Забавно будет в этом случае, если родную дочь он не признал, а всю жизнь облизывал прижитую от другого дочку…

Наверное, мы обе с ней хлебнули, только по-разному.

— Хотела. Здесь нас не подслушают. Я рада, что ты поняла мои намеки и нашла ребенка.

— Так ты знала?

— Конечно. Отец мне говорил, когда был жив. Он был вне себя от радости, что ему удалось забрать у Руслана сына и своего внука. Трясся над ним, сдувал пылинки. Я это не одобряла, если что, — Коринна отвела глаза. — Но меня он не слушал. Рассказать тебе об этом я не могла.

Я вспомнила, как она настаивала, что хочет остановиться в доме у озера. Собственно, мы со Зверем нашли сына только благодаря дому, что потянули за ту ниточку.

— Спасибо.

— Это еще не все. Парня, который устроил в вашем клубе шоу, тоже прислала я.

— Какого парня?

— Прокурорского сынка. Я знала, что дядя готовит нападение на клуб. Прямо сообщить я не могла. Если бы всплыло, что кто-то из нашего окружения сливает информацию, меня бы в лучшем случае посадили под замок.

— Я вспомнила о ком ты, — кивнула я.

Нападение на клуб после похорон «праха» Руслана. Так значит, это она заставила прокурорского сынка прийти к нам. Ну да, в случае чего она могла сослаться перед дядей на обычную подростковую шалость.

— Спасибо за помощь, — продолжила я, понимаю, что все это не просто так. — И чего ты хочешь?

Коринна вновь тяжело вдохнула.

— Чтобы вы меня спасли.

— Мы? — не поняла я.

— Ты и твои парни.

Неожиданный поворот.

— Так ты не… не любишь дядю?

— Я здесь заложница, Лилия. Наш отец слишком сильно доверял тому, кому доверять не следовало. Маре убрал всех, кто мне симпатизировал из нашего окружения. Полностью лишил меня поддержки. Он контролирует меня. И я уверена, так или иначе заставит меня принять нужные ему решения. А если нет — я просто исчезну. Я хочу свободы.

О, я ее понимала.

Не думала, что Коринна окажется так похожа на меня в этом.

— Я бы хотела помочь… — горько усмехнулась я.

— Но у вас был какой-то план?

— Не было. Я сама так решила, пришла, чтобы спасти Зверя.

— Хотела бы я такой любви… — вздохнула она.

Ей, девочке из замка, любая любовь казалось розовой мечтой. Не пробовала она на вкус те черные чувства, что попробовала я.

— Не хотела бы, — севшим голосом ответила я, и отвернулась, глядя на припорошенное снегом замершее поле, по которому носились борзые.