Продам киску. Дорого

При ближайшем рассмотрении это оказалось стволом дерева, толщиной в диаметре сантиметров в пятнадцать, с прибитыми толстыми ветками. Причем, тот, кто мастерил своеобразную конструкцию, использовал очень необычные гвозди – толстые, с крупными квадратными шляпками. Мне подобные только в музеях приходилось видеть. Такие изделия не штампуют, а куют кустарно.

Кто бы ни сделал импровизированную лестницу, а нам с малышом она пришлась кстати. Я спустилась вниз и прижала к себе дрожащее тело. Конечно, кот оказался довольно крупным и, что там говорить, тяжелым, но жался ко мне и всхлипывал.

- Не бойся, все хорошо. Я пришла. Ну, все, маленький, все. Еще капельку потерпи. Нам нужно отсюда выбираться.

В ответ послышалось очень тихое, но благодарное мурлыкание. Я посмотрела на серебряного зверя, а он взглянул на меня неожиданно смышлеными изумрудно-зелеными глазами, словно понимал, что вокруг него происходит.

- Сейчас я тебя отпущу, ровно на одну минуту, - попыталась объяснить я. – Сам ты по лестнице не поднимешься, а мне с грузом понадобятся обе руки.

Сама не понимаю, на что рассчитывала, но дальше произошло нечто из ряда вон выходящее – кот медленно и осторожно кивнул. Понял? Не думаю. Скорее всего, совпадение, но, по странному стечению обстоятельств, малыш действительно затих и, когда я поставила его на тело матери, даже не шелохнулся, не мяукнул, застыл, еле держась на дрожащих лапках.

Быстро скинув куртку, снова подняла кота на руки и привязала к себе, стянув рукава в узел.

- Держись за меня крепче, - шепнула я. – Только, чур не царапаться!

И малыш-котище обхватил мягкими подушечками лап мою шею. От него пахло землей, кровью и смертью. Жутко хотелось смыть с него весь этот смрад, оградить от всех бед и напастей.

- Сейчас-сейчас… - я стала карабкаться наверх.

Выходило медленно, но упорства мне всегда хватало. И я взбиралась и взбиралась по лестнице, что-то совсем тихо нашептывая своей находке.

Стоило вылезти и, переводя сбившееся дыхание, опереться о ствол ближайшего дерева, как спасенный вдруг лизнул шершавым языком мои губы и нос.

- Эх, ты, бедолага! – улыбнулась я.

Яма – это полбеды. Теперь мне предстояло осмотреть зверя на предмет ранений, как минимум напоить, если нужно, перевязать и, собрав в кулак всю силу воли, дотащить кота туда, где ему помогут. А я пока и сама не имела представления, где это самое «туда» находится.