Продам киску. Дорого

Никогда не встречала настолько нежной шелковистой шкурки. После купания в странной росе лункс словно мерцал. Это было удивительное и поистине завораживающее зрелище. Чтобы определиться в своих собственных чувствах, начала говорить. Просто, все, что придет в голову, чтобы кот слышал мой голос, а я смогла обуздать свои же собственные мысли.

- Ты поправишься и заживем. Снимем комнатку в какой-нибудь деревеньке, будем ходить в лес. Ты – охотиться, я – грибы собирать, рыбу ловить. Дед Спас говорит, здесь рынки имеются.

Продадим собранное, накопим на свой дом, и нам совсем никто не будет нужен, правда? Никакие драконы… - Причем здесь опять драконы? Что я к ним, в самом деле, привязалась? Дальше расы стала перечислять специально, чтобы доказать себе – драконы меня не интересуют! Вот нисколечко! – Оборотни, гномы, эльфы и прочий магический люд. У меня уже есть пушистый защитник.

Совсем некстати разум зацепился за «гномы». Услужливое воображение подкинуло забавную картинку, где я в деревенском доме бабушки стою у плиты и разделываю мясо.

Лункс трется рядом, выпрашивая кусочки, а в комнате смотрит футбол коренастый низенький такой мужичок с массивной такой бородой, заплетенной в сложные косы и роскошной рыжей шевелюрой. Он голый, изрядно волосатый, в белых семейных трусах в кокетливые алые сердца и с пивным круглым брюшком. Мне прекрасно известно, что это и есть мой муж в новом мире. Там – в мыслях, я его люблю и обожаю, а здесь мне становится смешно.

И ведь противный лорд Эртон снова пролез в мою голову.

Если бы я отправила «гнома» бриться, то на выходе получила бы карлика с лицом уже хорошо примелькавшегося дракона.

- Ну, будет, - произнес Спас, прерывая мой смех. Он снова возник из ниоткуда, или я опять не заметила его прихода. – Идем на другой луг. Время.

И процессия из парящего, а теперь еще и сияющего кота, меня и волхва в неизменно расшитой рубашке до пят направилась дальше. Кстати, глупая рыбешка видимо в ручье водилась, поскольку холщовый мешок распух и изрядно потяжелел.

Судя по его виду, в нем лежала не мелочь, а здоровенные экземпляры килограмма по два каждый. Посидеть бы там с удочкой…

Идти далеко не пришлось. Луга шли один за одним, и переход не занимал больше трех минут. Везде повторялось одно и то же: роса, искры, сияние шкурки и мои заверения в том, что лункса я никогда не брошу. Впрочем, это была чистая правда.

К шестому лугу я кое-что заметила – кот вырос примерно вдвое, а может и больше.