Продам киску. Дорого

- А неожиданности, значит, тебя не смутили? – нисколько не стушевался Лукас.

- Я полагаю, неожиданность в твоем понимании – это я, как источник магии там, где она к нашему приходу исчезнет, да?

- Именно, Ритка. Но не только. Я надеюсь, что ты договоришься с бездной. У тебя лихо получается.

- А если не договорюсь?

- Тогда очень плохо будет всем. Но я буду рядом. До конца, - вздохнул кот.

Больше ничего спрашивать я не стала. Смысла не видела, ведь точных ответов на главные вопросы не знал никто. Хотя… Был у меня еще один крошечный вопросик.

- Почему ты не расспросил меня о заговоре? Тебе не интересны подробности? – спросила я.

- Память предков проснулась, а погибший лункс Хозяйки тоже был моим предком в каком-то смысле. – Кот странно зафыркал, будто вспомнил что-то смешное. – Уверен, ты обо всем догадалась, кроме одного…

- Говори уж, - поторопила кота.

- Тебе что-нибудь говорит слово суперфекундация?

Хмм…

- Кажется, это что-то касающееся близнецов? – уточнила я.

- Ага, - услужливо кивнул кот. – Разнояйцевых. Зачатых в разное время от разных мужчин, но выношенных в одной утробе. Иногда так случается, но Хозяйка все спланировала, провела ритуал. И после рождения двух драконов убила их отцов, чтобы владеть силой двух родов, но…

- Но у нее не вышло, верно?

- Ага, она алгебру плохо учила или не учила вовсе, а зря. Хорошая наука. Точная. Зато она могла контролировать своих детей. У них же была сила, хотя я уверен, что неполная. Частично она гасилась материнской бездной, - мурлыкнул кот.

"Ну что ж, пазл сложился. Осталось спасти мир и драконов в придачу. В принципе, меня интересовало спасение одного конкретного дракона, как бы эгоистично это ни звучало.

Чай, кусок пирога, баранки для меня и большую кость с мясом для лункса неожиданно принес Спас. Он похлопал кота по холке, крепко обнял меня и присел рядом, чтобы рассказать о последних событиях. Но поскольку я почти обо всем уже знала, волхв больше молчал, то и дело загадочно мне улыбаясь.

- Надеюсь, ты, девонька, не против, что я эльфов к песне нашей пристроил. Уж больно поют душевно, а значит, есть она у них еще, душа-то, - произнес Спас.

-Я за любую движуху, кроме голодовки, - сообщила ему с полным, набитым пирогом ртом.

- Ну ешь, ешь, да выдвигаться уж пора, чтоб нашим помочь.

После столь странной фразы, из которой я лично никак не могла понять, кто там наши, Спас ушел, а меня окружили духи разноцветных драконов.

Двух я знала.