Пробуждение

Резко развернувшись, она направилась было вперед по тропе, но тут странный голос заговорил у нее за спиной. Пришлось так же резко развернуться обратно.

– Елена, – произнес голос.

Это ни в коем случае не был голос Бонни, хотя он и исходил из ее рта. Лицо Бонни лишилось всякого выражения и совсем побелело в сумерках, а ее взгляд был по-прежнему устремлен вглубь кладбище.

– Елена, – повторил голос. Затем Бонни полностью повернулась к ней и добавила: – Тебя там кое-кто поджидает.

Елена не очень хорошо поняла, что случилось дальше.

Елена шумно топала ногами по узкой тропке, оступаясь на камешках и торчащих корнях. Бонни громко сопела от быстрого бега, и Мередит, рассудительная и циничная Мередит, тоже запыхалась. В ветвях могучего дуба, мимо которого они проносились, вдруг что-то захрустело, и Елена обнаружила, что может бежать еще быстрее.

– За нами что-то гонится! – визгливо вскрикнула Бонни. – Господи, что происходит?

– Давайте к мосту! – выдохнула Елена сквозь настоящий пожар, пылающий в ее легких.

Почему-то она была уверена, что им непременно требуется перебраться через мост.

– Не останавливайся, Бонни! И не оборачивайся! – Ухватив подругу за руку, она потянула ее за собой.

– Я туда не доберусь, – в голос провыла Бонни, цепляясь за пояс подруги и с трудом переставляя ноги.

– Очень даже доберешься, – прорычала Елена, покрепче хватая Бонни за рукав и заставляя ее двигаться дальше. – Бежим! Вперед!

Она уже видела серебристый отблеск спокойной речушки. За дубами была поляна, на другой стороне которой находился мост. Колени Елены подгибались, а воздух свистел у нее в гортани, но она не могла позволить себе расслабиться. Теперь пешеходный мост был уже хорошо виден. Вот мост уже в двадцати футах от них, в десяти футах, в пяти…

– Ну вот, мы все-таки сюда добрались, – выдохнула Мередит, громко стуча каблуками по дереву.

– Не останавливайся! Давай на ту сторону!

Мост отчаянно скрипел, пока они по нему бежали; все звуки гулко отражались от воды. Спрыгнув на плотную почву дальнего берега, Елена, наконец, отпустила многострадальный рукав Бонни и позволила своим ногам остановиться.

Мередит стояла в наклонку, уперев руки в колени и тяжело дыша. Бонни плакала.

– Что это было? Господи, что это было? – всхлипывала она.