Приворот для Золушки

Девочки, так это что же получается, Развольский и есть убийца?

– Э-э-э-э, ты только в обморок не падай! – грозно предупредила подругу Инна. – Хлопалась уже недавно. Достаточно. Я всегда говорила, что твой Развольский козел. И про Маркелову он все нам наврал. Это он ее в окно вытолкнул, чтобы кольцо украсть. А оценил его только потом. Вот, поди, расстроился, что там стекляшка, а не бриллиант! И тебе подарил, не удержался от широкого жеста.

– Сашенька называла его Он. Действительно, как Бога. Я пять лет на него так смотрела.

– Угу. И ты тоже была готова стать для него ангелом, – съязвила Инна. – И Перфильеву он убрал, когда она его шантажировала. И с Сашенькой расправился. И Верочку убил. Тут у него двойной мотив был – и дневник, и беременность.

– Инна, так это ведь он и Наташку убить мог! – поежилась Алиса. – У него уже, как у вампира, наркотическая зависимость от крови. Надо Ване звонить. Наташку теперь охранять надо.

– Глупости, не надо меня охранять, – отмахнулась Наталья.

– Это с чего же ты его не сдашь? – возмутилась Инна. – Ты соображаешь, что говоришь? Ты что, собираешься стать пособницей чуть ли не серийного убийцы? Надо сейчас же позвонить Ивану и все ему рассказать.

– Подождите, девочки, – взмолилась Наталья. – На меня за последнее время так много всего свалилось, что я совершенно перестала соображать.

"– Дура ты, Наташ, убийцы все слабые люди, – авторитетно заявила Инка. – Сильный человек встречает проблему лицом к лицу, а слабый решает ее, отняв жизнь у другого. Так что на твоего Развольского это очень даже похоже.

– Ленчик недавно сказал, что Развольский фантик, – задумчиво сказала Наталья. – Как это ни печально, я вынуждена с ним согласиться. Но фантик не способен на поступок.

Поспорив еще немного, подруги пришли к компромиссному решению: отдавать Бунину дневник или нет, Наталья решит завтра. Закрыв за ними дверь, она подумала, что пока не будет говорить мужу, что они вычитали в дневнике Сашеньки и к какому выводу пришли. С задумчивым выражением лица она двинулась в сторону кухни, и тут в дверь позвонили. Не взгянув в глазок, Наталья открыла – и остолбенела.