Призрачный зов

Женщина взвыла, да так громко, что заложило уши. Она перехватила голову пупса двумя руками и надавила большими пальцами на его глаза. Пластик лопнул со звонким хрустом.

Зоя взвизгнула, мертвячка тут же отреагировала – в считаные секунды оказалась прямо перед ней. Зоя замерла в оцепенении, вытаращив глаза. Отпечаток памяти прожигал ее взглядом, даже не касаясь. Только когда подруга начала синеть и задыхаться, мы поняли: что-то не так.

– Оставь ее! – зарычал Глеб, кидаясь к отпечатку.

Гневный взгляд призрака метнулся в сторону нашего лидера.

Прежде чем я успел подумать хоть о чем-то, Кики и Рыжий ринулись на помощь ребятам. Я замешкался, остолбенев от ужаса, а они действовали решительно. Но это стало фатальной ошибкой. Секунду спустя уже всем четверым не хватало воздуха. Зоя и вовсе закатила глаза, захлебываясь.

Моим друзьям угрожала смертельная опасность, а я боялся пошевелиться. В голове хаотично метались мысли, но одна всплывала вновь и вновь, не давая принять решение: «Это твой дурацкий план, Слав. Их смерть будет на твоей совести!»

– М-мама… – одними губами прошептал я. Потом зажмурился и закричал, срывая связки: – Мамочка!

Я дышал тяжело и прерывисто и до дрожи в коленках боялся разлепить веки. Что, если мертвячка и меня погрузит в призрачное оцепенение, отчего я начну захлебываться так же, как друзья? Что, если ребята уже задохнулись и, кроме меня, у Мещанова ключа больше нет живых? Что, если…

– Сыночек?

Замогильный голос словно укутал меня в леденящие душу объятия.

Глеб сидел возле бесчувственной Зои, прижимал ее к себе и пытался откашляться. Кики и Рыжий тоже отошли от оцепенения. Исподлобья смотрели на призрака и терли шеи.

Отпечаток памяти пристально смотрел на меня. Ее синие губы дрожали, в глазах стояли слезы.

– Ма-ма, – выдавил я из себя. – Н-наконец-то я тебя нашел.

Женщина застонала, я машинально отступил от нее на шаг, но вовремя одумался и замер.

– Сыночек, – прошептала она.

Мертвячка медленно подошла почти вплотную ко мне.