Приват-танец мисс Марпл

Проглоченная капсула начнет действовать, но, поскольку новая порция в организм не поступит, в вашем организме запустится механизм стремительного старения, через три месяца вы будете выглядеть на двадцать лет старше своего возраста. Если же, несмотря на плохое самочувствие, вы пропьете весь курс, то сбросите годы, как старые тапки, и еще получите деньги.

Как думаете, кто-то из женщин отказался продолжить курс? Ответ очевиден…

– Отвратительно! – возмутилась я.

– Вот и я так считаю, – согласилась Полина. – Но у некоторых теток башню от любви напрочь сносит.

Мать Лены сказала Лиде, что прямо сейчас помчится к Зинаиде, упадет ей в ноги и попросит поделиться волшебным средством. Лидия испугалась, объяснила, что подмахнула не глядя тот самый контракт, где был пункт о неразглашении. На нее подадут в суд, накажут. А Ольга ничего не добьется, главный врач никогда не берет в программу табаскинцев. Лучше сделать так: Лида будет тайком приносить Ольге пилюли, она знает, где их достать.

– И Богатикова согласилась? – не выдержала я.

 – Вот глупышка!

– Говорю же, Ольга мечтала выйти замуж за молодого соседа, – хихикнула Полина. – Сто лет в обед отпраздновала, а хотела невестой стать.

Меня покоробили слова девушки. Похоже, Полина не очень добрый человек.

Рассказ беглянки продолжился.

Глава 17

Лидия не обманула. Они с Ольгой встречались каждый день после обеда в парке. Варсавина приносила Богатиковой одну капсулу, та моментально ее проглатывала и катила домой. Несколько дней у нее не было никаких плохих симптомов, наоборот, она ощущала невероятный прилив сил, кожа лица порозовела, глаза заблестели.

Но потом пришли озноб, тошнота, температура.

– Не нервничай, – успокаивала ее Лидия, – у всех так. Кое-кто вообще лежит пластом.

– Откуда ты знаешь? – удивилась Богатикова. – Пациентам же запрещено рассказывать об эксперименте.

– Догадалась, – ухмыльнулась Варсавина. – Я все время обедать садилась с Юлией Мельниковой, у нее тяжелая травма бедра, еле ходит с палкой. В понедельник она кашлять начала, во вторник к обеду не появилась, и я к ней в комнату заглянула, спросила, как дела.

Она ответила: «Простудилась сильно, температура поднялась». А в четверг я вошла к Мельниковой в спальню – кровать заправлена, вещей нет. Я у Ирины поинтересовалась: «Где Юля?» Медсестра пояснила: «У нее сильная аллергия на гель для душа, пришлось ее временно в нашу больницу поместить, хотим, чтобы она под постоянным наблюдением специалистов побыла».