Притяжению вопреки (СИ)

Вздрогнув, Анита отомкнула замок и… дыхание у неё перехватило. За дверью стоял Эйс…

=23.

С минуту оба просто смотрели друг на друга, без единого слова. Но в такие моменты взгляды красноречивее и откровеннее любых слов. Да и невозможно столько всего высказать, сколько Анита увидела в глазах Эйса: и негодование, и облегчение, и разочарованное «как ты могла?», и болезненно-жгучее «люблю». И столько же всего без слов сказала ему сама…

Внизу хлопнула подъездная дверь, разорвав этот их молчаливый разговор. Анита отступила и распахнула дверь пошире, приглашая его войти.

"Эйс разулся в просторной прихожей, снял куртку, водрузил на плечики. Делал он всё это неспешно, как будто намеренно оттягивал неприятный разговор или же давал себе время немного успокоиться. Впрочем, он и так с виду не особо нервничал. Не то что Анита. Её буквально потряхивало изнутри. Даже пришлось спрятать в карманы халата руки и сжать в кулаки, чтобы он не заметил, как они дрожат.

— Значит, это твой настоящий дом, — первое, что произнёс Эйс, проходя следом за ней в гостиную.

Анита отметила про себя, как он выделил слово «настоящий». Поставил в противовес всему, что знал и думал о ней до, всему фальшивому.

Он с любопытством озирался по сторонам, оглядывал её вещи, мебель, корешки книг на полках, картины на стенах.

— Уютно, — отметил он, улыбнувшись. Только улыбка вышла кривоватой.

Аните так много хотелось ему рассказать, столько всего объяснить, но, как назло, на неё накатил дурацкий ступор.

— Как ты меня нашёл? — вымолвила она наконец, хоть и совсем не то, что хотела сказать.

Он обернулся на неё, удивлённо взметнул бровь, как если бы она спросила, умеет ли он читать или писать.

— Отследил твоё вчерашнее сообщение, — ответил всё-таки.

Анита кивнула, будто поняла его. Снова повисла тягостная пауза. Для неё — тягостная, а он вроде никакого дискомфорта не ощущал. Подошёл к полкам с книгами и молча рассматривал. Потом вдруг с усмешкой прочитал название одной из книг:

— Джозефина Тей «Мистификация». Символично, да?

Щёки её полыхали.

— Послушай, — облизнув пересохшие губы, произнесла Анита, — то, что я тебе написала в сообщении — это правда. Я очень не хотела тебя предавать.