Приручитель женщин-монстров. Том 4 (СИ)

И ладно бы, они это делали в обликах чудовищ, но нет же…

Постепенно печь, которая, напомню, была кубом метр на метр, вся была заставлена. Да и в пещере стало значительно теплее. Даже жарковато.

Метель немного успокоилась, да и морозная мана медведя развеялась уже, так что даже снаружи потеплело. Однако это временно. Как говорится, «затишье перед бурей».

Некоторое время спустя мы разместились на шкурах. Всё было заставлено кастрюлями и чашами с едой, а запах стоял просто умопомрачительный.

Вроде ингредиенты не шибко и редкие, но, похоже, и правда случилось «волшебство».

— Ну, можно и начать. За победу над могучим монстром, — поднял я стакан с лёгким вином.

— За победу! — воскликнула Блэр и, опустошив стакан, набросилась на еду. Но у неё натурально глаза разбегались, не понимая с чего начать. В итоге панда сунул ей в рот мясо на вилке. — А неплохо! — закивала та.

— Ке-ке-ке, — довольно смеялся медведь-панда. А мясо и правда вышло неплохим.

— О боже! Почему эти суши такие восхитительные? — воскликнула Анна.

А вот Оля ела молча и не палочками, как Аня, а руками. Впрочем, палочками орудовали лишь двое. Анна и Альма. Остальные вилками, ложками и руками.

Еда постепенно исчезала в наших животах. Хорошо-то, как…

* * *

На расстоянии от ВИП-пещеры.

— Ну, что чувствуешь? — спросил Кабан, лежащий на полу совсем небольшой пещеры, и взвизгнул.

— Не дёргайся! — ответила ему Обезьяна, зашивая жуткую рану на боку. Рядом, на полу лежали различные глиняные горшки и инструменты.

— Чувствую запах медведя… Его победили… — ответил белый Волк, стоящий у входа в пещеру и обливаясь слюной.

— Да как?! Ай-й-й-й-й…

— Говорила же, не дёргайся! — ругалась Обезьяна.

— Не знаю, но мне кажется, что мы недооценили убийцу чудовищ…

— Он, вероятно, ранен! Нужно напасть! — хрюкнул Кабан, но старался не шевелиться.

— Нет. Сейчас я ощущаю запахи… Они готовят. Много всего вкусного готовят… — желудок Волка предательски заурчал. — Очень вкусно пахнет…

— Вам, мужикам, лишь бы пожрать, — в руке Обезьяны появился мясной пирог, и она метнула его в Волка.

— Холодный и невкусный… — грустно произнёс Волк, продолжая обливаться слюнями.

— Ну так иди и приручись, будут и тебя кормить «вкусной едой», — фыркнула Обезьяна, продолжая зашивать раны кабана.

— Это ловушка, — возразил Волк. — Издревле убийцы чудовищ так заманивают монстров и убивают.

— Уру-ру-ру! — запротестовал живот, урча, словно кричит голубь.