Приручить и обезвредить (СИ)

Кошка, прежде чем мы выйдем из этой палаты и вернёмся к привычной жизни, нам надо кое-что обсудить.

Глава 34.Хрупкое перемирие

Я не понимаю, что происходит, но стресса с меня уже хватит.

– Алексей Игоревич, вы меня пугаете!

– Что ж ты такая пугливая? Ладно, – он делает вздох, чуть поморщившись, – мы с тобой за такой короткий срок прошли самые неожиданные ситуации, но эта неделя, мне показала намного больше, чем мы могли бы сказать друг другу за долгие годы. Я очень тебя люблю. И хочу вернуться домой не с Мартой – моей девушкой…

Лёша поднимается с постели и, опираясь на кровать, встаёт на одно колено.

– А с Мартой – моей невестой. Милая моя кошечка, ты выйдешь за меня? – он достаёт из кармана кольцо с большим камнем круглой огранки.

Я смотрю на него во все глаза – меньше всего я сейчас ожидала такого поворота событий. Растерялась настолько, что забыла, что надо ответить. Стою, хлопаю глазками как кукла.

– Марта?

Встряхнув головой, возвращаюсь в реальность.

– Да! Конечно, да!

Он надевает кольцо на мой безымянный палец и поднимается.

Рассматриваю драгоценность, не привычно. Камень по центру явно заявляет: «не подходи, она занята» на манер предупреждающих знаков. Я целую его сама, обхватив лицо руками. Мне хочется прижать Лёшу как можно сильнее к себе, еле сдерживаюсь, помня о заживающем ранении. Когда мы, наконец, отрываемся друг от друга, я смотрю на своего мужчину, как кошка на валерьянку. Даже потереться так же хочется и помяукать.

– Наконец, ты станешь Беркушевой!

Первый порыв – сказать, что я могу остаться и со своей фамилией вообще-то.

Лёша, будто прочитав на моём лице, что я готова опять идти в оборону, вопросительно выгибает бровь.

– Не понял паузу.

Но стоит признаться самой себе… Кому нужно это пустое сопротивление в такой трогательный момент? Я же по-любому возьму его фамилию.

– Беркушева Марта Сергеевна, – я смакую своё имя в паре с его фамилией.

– Звучит прекрасно, – одобрительно говорит мой теперь уже жених.

– Так тебе мама кольцо приносила? – прищурившись, спрашиваю.

– Да, любопытная моя, угадала. А теперь поехали домой. Осточертели эти четыре стены.

Мы выходим на улицу, уже начинает теплеть, солнышко светит, повышая и без того прекрасное настроение. Я не могу перестать улыбаться, уже щёки устали.

– Как мне не хватало свежего воздуха. Устал сидеть в заточении.

И, честно говоря, я его понимаю, с учётом того, сколько времени я проводила в палате. Но у меня хотя бы была возможность выйти, размяться.