Приручить Генерального (СИ)

Я хочу вас с Марфой познакомить. Вы про нее гадостей наговорили и относитесь предвзято — это снова плохо.

— Плохо-плохо. Значит, мать для тебя — плохая, а та девка — хорошая, да?"

"— Не называйте Марфу девкой! — рявкнул в ответ так, что стекла задрожали в окнах.

Мать открыла рот, хапнула воздух и рухнула на кресло, побелев.

— У вас есть ровно сутки, мама, чтобы смириться с фактом существования Марфы в моей жизни и попытаться познакомиться с ней мирно. Не хотите? Как хотите! На мое желание связать свою жизнь с этой девушкой ваш отказ никак не повлияет.

Мама удалилась к себе, не сказав ни слова, потом демонстративно выкатила в коридор небольшой чемодан.

— Ну, мам… Ну, давайте без этих сцен, а? Дешевый же спектакль…

Она снова удалилась, говорила с кем-то по телефону, как будто даже смотрела ролики или что-то в этом роде. Я сидел в гостиной, добивал просмотр отчетов. Телефон на случай звонка или сообщения Марфы лежал рядом, но пока давал о себе знать только Джига, интересующийся, когда я выйду на ринг, мол, сотряс уже должен был пройти…

Махнул рукой: не до тебя пока!

Ну, что там мама? Успокоилась или как? Я был намерен дожать свою точку зрения, подошел к двери, она с кем-то по телефону ругалась.

— Мы так не договаривались! Ты зачем это в широкие массы выпустила?! Ты должна была для меня раскопать, в частном порядке! Что? Какие тебе еще сто пятьдесят тысяч, подруга? Ты там с дуба ебнулась?! Ах ты… Стерва! Использовала меня… Ты на этом имя решила сделать, проститутка от журналистики! Ах ты шкура продажная, мразь!

Постучал.

— Мам? Все хорошо?

— Мы с тобой еще поговорим. Но уже при других обстоятельствах! — произнесла с угрозой, но голос как будто задыхался.

Почуяв неладное, я вошел. Мама стояла возле стола, тяжело дыша, опершись не него одной рукой, второй схватилась за сердце.

— Что стряслось?

Взгляд мамы рассеянно скользнул по мне, улыбка вышла бледной.

— Я тут кое-что… Меня провели… Вокруг пальца… Как дурочку! Я сейчас позвоню. Позвоню и все улажу… — трясущимися руками взяла телефон и рухнула, как подкошенная.

Скорая. Больница. Операция…

Не до всего как-то, а потом посыпались сообщения с этим…

Хотелось тотчас же позвонить, потребовать объяснений. Но опасался: Марфа снова взбрыкнет.

Отправил ей нейтральное послание:

“Я в больнице. Маме стало плохо с сердцем. Нужно поговорить.