Принцесса на Кириешках

– Можно и постоять!

– Смотри, я на тебя Эвелине пожалуюсь!

– Сколько угодно, – презрительно проронила Ира, – хоть весь обжалуйся! Еще неизвестно, кто тут главнее! Без Эвелины обойтись можно, а без меня никак!

– Станешь хамить – уйду, – пригрозил Ланской.

– Вали колбаской, – не испугалась бухгалтерша, – нового писаку найдем. Вас как грязи вокруг, голодные и за деньги на все готовые.

Выпалив хамскую фразу, Ира уставилась на Диму, тот на нее, в этот момент дверь растворилась, и в комнату ворвалась растрепанная тетка, похожая на сноп сена.

– Вот, – заорала она, – принесла!

Ира перевела взгляд на нее и с явным удивлением спросила:

– Что вам угодно?

– Так деньги принесла!

Бухгалтерша вздернула брови:

– Какие?

– А за путевку.

– Расчеты с клиентами ведет менеджер, будьте любезны обратитесь к своему оператору.

Бабенка хитро прищурилась:

– Меня зовут Ванда Миргородская.

– Замечательно, – кивнула Ира. – Но оплачиваете путевку у того, кто готовил маршрут.

– Я Ванда Миргородская.

– Да хоть царица Савская, – взвилась Ирина, – правила для всех одни. Я главбух, а не кассир! Чувствуете разницу?

Баба смахнула пот со лба и повернулась к Диме:

– Я-то все понимаю! Это она кретинка! Вы небось тоже в курсе дела? Ну-ка, объясните, можно ли за суперпутешествие оплату безналом провести?

– Видите ли… – осторожно завел Дима.

Он мигом понял: перед ним невменяемая особа. По редакциям ходят толпами подобные личности, в руках у них, как правило, папки с рукописями «великих» романов и поэм, а в голове твердо укоренившиеся мысли о собственной исключительности.

Но Ванда не дала парню закончить фразу.

– У меня суперпутешествие, – отчеканила она, – и если сейчас же мне не объясните, как его оплачивать, я пойду сами знаете куда! Бюрократы! Довели меня до трясучки! Раз уж беретесь за такие дела…

Тетка стала выкрикивать несвязные фразы.

Не успел Дима испугаться, как в кабинет вошел парень в безукоризненном костюме и, ласково улыбаясь, произнес:

– Пойдемте, вы перепутали дверь. Сейчас мы решим все проблемы.

Дима успокоился.