Принц Темный, принц Светлый…

– Хочешь Йена дождаться? – не удержался я от ехидного замечания.

– Мм, может быть, – протянула малышка игриво и закинула изящную руку назад, обняв меня за шею.

Ну и кто тут из нас провокатор? Ответить не успел, появился Йен с подносом. Помимо любимых блинчиков Эрин, я увидел глубокую вазочку с вареньем из соаров и тихонько выдохнул, не сводя с нее взгляда. Помнится, на самом первом свидании меня посещали всякие интересные мысли, как можно использовать лакомство, так почему бы не осуществить их прямо сейчас? Светлый, поймав мой взгляд, что-то в нем увидел, хмыкнул и поставил поднос на кровать, устроившись рядом и облокотившись на спинку.

– Уже начали развлекаться? – Йен поднял бровь, но в серебристом взгляде сквозило веселье.

– Ревну-у-уешь? – протянула негодница, томно выгнувшись в моих объятиях самым бесстыдным образом.

Как же нравилась ее проснувшаяся смелость! И, похоже, Эрианор сама находила удовольствие в том, что не стеснялась больше своих желаний, делала то, чего хотелось.

– Нет, завидую. – Наклонившись, Светлый обнял Эрин, настойчиво потянул к себе, и пришлось отпустить – не сильно расстроился, поскольку для задуманного с вареньем все равно требовалась свобода действий. Брат усадил лианоссе между ног и довольно ухмыльнулся. – А вот теперь нет.

– Йен, ты прелесть! – с воодушевлением заявила Эрин, жадно глядя на вазочку с вареньем.

Кроме этого еще имелись булочки, чай, нарезанные сыр и ветчина, но это чудо жаждало добраться только до десерта. Мм, я тоже жаждал и тоже десерта. Но только в ином смысле. Вчера было, если можно так выразиться, основное блюдо, которым я совершенно не насытился. Думаю, Йен тоже.

– Спасибо, милая. – Он скользнул губами по виску Эрин, а руки медленно спустились до запястий лианоссе.

Быстрый взгляд на меня показал, что Светлый понял мою задумку с вареньем и всецело поддерживает.

– Сластена, говоришь? – спросил многозначительно, и ответа не требовалось. Не давая ей возможности сообразить, что собираюсь делать, обмакнул палец в варенье и поднес к приоткрывшемуся в удивлении ротику.