Доктора вызывали? или Трудовые будни попаданки

— Подумать только! Тво дар развивается очень быстро. Может, и мне стоит выучить пару детских песенок?

— Все уже позади, — я обмякла в его руках и поняла, насколько вымотал меня этот день. — Я в порядке. Надо скорей допросить этого человека и узнать, куда он спрятал Терина.

Руки, гладящие меня по спине, ощутимо напряглись.

— Мы только-только закончили с допросом Родеуса. Его память местами подтерли, уничтожив все воспоминания, связанные с этим магом. Соответственно, ни он сам не мог ничего рассказать, ни я ничего не разглядел.

А ведь для техники удаления воспоминаний нужно особое разрешение.

— А для чего ее используют?

Как ни пыталась, я не могла вспомнить, что Истен говорил о ней на лекциях.

— Когда нужно помочь человеку забыть что-то очень травмирующее и вернуться к полноценной жизни. Сделать так, будто ужасного события никогда не было.

— Ясно, а что с Таннатаром? Он что-нибудь вспомнил? — спросила я.

Истен мягко отстранил меня и повернулся к выходу.

— Я раньше не встречал этого менталиста, а Тан, оказывается, видел его мельком пять лет назад.

Тогда королевская семья объезжала окрестные города, он был в числе встречающих магов в Сторре. Когда я это услышал, в моей голове наконец-то сложилась картина. Не волнуйся, эта сволочь не уйдет. Мы разворошим эту змеиную яму и вернем тебе ребенка. И тех, кого украли до него. Если они живы, — добавил мрачно и сжал кулак.

Я шагнула следом:

— Можно я буду присутствовать при допросе? Для меня это практика, как-никак.

Он бросил острый взгляд через плечо:

— Лучше побережем твои нервы. Не знаю даже, что мы из него сможем вытянуть. А тебе лучше отправиться спать, завтра лекции по целительству, тебе нужна свежая голова. Лечебницу не покидай, утром я сам тебя провожу.

Когда Истен покинул кабинет, ко мне подошел Уголек. В зубах он принес брошку.

— Вот, возьми. Нашел на улице под окнами.

Я прикрепила артефакт обратно, забота кота невероятно трогала.

Нейта Лерхена попросили задержаться для дачи показаний.

Он трясся, как лист на ветру, и я обещала замолвить словечко. У меня еще оставалась злость на него, но эта проклятая жалость… Уголек все время ворчал на меня из-за нее. Но я верила, что Лерхен заслуживает второго шанса, а случившееся чему-то его научило."

"В детской палате стояла тишина. Марни, которая сегодня осталась дежурить, мирно сопела на койке и ничего не слышала. А ведь эта добрая женщина тоже могла пострадать, не останови я гада.