Приговоренный к изгнанию

Он видел их раны, видел перекошенные страданиями рты – но ему было мало! Их боль не утоляла его боли.

Выхватив копье пустоты, он метнул его в командира отряда и пробил латный доспех и грудь навылет – единственному, обладавшему здесь боевой магией. Все остальные воины были вчерашними стражниками и позавчерашними крестьянами или простыми горожанами – а теперь они стали тварями хуже демонов, потому что те пожирают свою добычу – своих врагов. А эти были готовы пожрать собственных сестер и братьев! К такому ли войску желал присоединиться Тано? Так ли он себе представлял защиту империи?

Метнувшись на коне с чану, где ослабевшие, покрытые кровавыми волдырями руки все еще пытались удержать младенца выше кипятка, он выхватил у мужчины ребенка – и в это мгновение увидел облезающее лицо страдальца с побелевшими глазами.

Отскочив от котлов, Рик ударил в них мельчайшими осколками пустоты. Превратившись в решето, чаны выплеснули из себя кипяток, обваривая оказавшихся поодаль охранников. Спрыгнув с коня, Рик сунул рыдающего ребенка какой-то женщине и бросился следом за палачами, пытавшимися убежать. Шаг в тень – и чья-то голова упала с плеч. Еще раз – и проворный нож погрузился глубоко в булькающую влагу горла. Взмах рукой – и копье пустоты прошило беглеца. Руки Рика, его доспех, штаны были влажными от крови.

И только последнего он не убил. Схватив паренька за горло, Рик спросил:

– Чей это был приказ?

Тот плакал и что-то невнятное блеял в ответ.

– Чей это был приказ?! – повторил свой вопрос Рик.

– Его императорского величества...

Он это знал и без признания воина, но за спиной он уже видел свой отряд, вернувшийся с охоты – они должны были это услышать, чтобы больше никогда и ни у кого не возникло сомнений.

– Скажи громче!

– Его императорского величества!.. – выкрикнул парень, и Рик с силой сдавил его горло, сминая пальцами глотку. Воин захрипел и обмяк. Отшвырнув его от себя, Рик обернулся.

– Помоги, кому сможешь, – проговорил он Берте, и, сплюнув в сторону, брезгливо сорвал с рук окровавленные перчатки.

И тут какая-то женщина пронзительным голосом вскричала:

– Император – истинный Алрик Проклятый! – взвизгнула она. – Пусть будет проклят весь род его!..

– И где Совет, где наши Альтарганы, призванные защищать невинных! – подхватила другая.

Мужские голоса поддержали их...

Рик стоял, не в силах пошевелиться. Словно в тяжком кошмаре. «Будь проклят род его»... «Алрик Проклятый»...

Он не мог смотреть на людей.