Приговоренный к изгнанию

Выйдет из моря воин целый и невредимый, и встретит его на берегу дева пустыни и уведет навсегда в свои чертоги...

Нокс долгим, задумчивым взглядом уставился на Джабира.

– Я такой легенды не слышал, – проговорил он.

Джабир фыркнул.

– Что вообще ты мог слышать, рыцарь? Ты приходил в Шадр, как враг, а врагам песен не поют, историй не сказывают и сердца не открывают.

Глава 18. Когда застилает глаза саробан. Часть 1

«Ведьмино зеркальце» около часа находилось в покое, словно всегда здесь и было, а потом медленно начало двигаться вдоль хребта, понемногу сдвигаясь все севернее.

Час на солнцепеке, без движения, в плену унылого однообразного пейзажа постепенно вытравил из людей всю нервозность. Вернее, она, конечно, оставалась — но где-то там, за поволокой дремотного состояния. Нокс давно снял доспехи, как и все остальные, оставшись только в тонкой исподней рубахе и штанах. А вот Берту, напротив, Рик заставил одеться, и теперь ее руки и плечи от ожогов защищала нежная белая ткань сорочки. Сидели на скрученных плащах, опираясь друг на друга.

Джабир, уныло напевая что-то себе под нос, накручивал всем головные уборы из отрезов хлопковой ткани, специально для этого купленных. Ослепительное небо сливалось с раскаленным песком, ветер рисовал новые волны на ближайшем бархане и обжигал лица. Вода в мехах тоже стала горячей. Хотелось прохлады, свежего ветра, а на небе тем временем все ярче разгоралось третье солнце.

– Я будто сплю наяву, — признался Бруно, наблюдая, как один из зверьков с кисточкой на хвосте любопытно рассматривал людей, усевшись в двух шагах от них столбиком.

– Первые пару дней обычно тяжело, потом как-то сразу легче становится, – попытался приободрить друга Рик. – Шадриане говорят, что это из-за лишней влаги в теле. Потом, когда привыкаешь, уже и не потеешь почти, и пить, как лошадь, уже не хочется.

– Прости, я забыла: и сколько нам так ехать? – спросила Берта, прикрывая лицо от солнечного света раскрытой ладонью.

— Если так, как сейчас — то вечно, -- попытался пошутить Рик, но натолкнулся на полное отсутствие какой-либо реакции.

И, вздохнув, добавил: – а если по-хорошему, то дня четыре мы будем в Западном Асиматоне, где я и встречусь с местным хакимом, то есть главой...

Рик сделал паузу, но никто не прореагировал на нее, включая даже саму Берту. Тихо выругавшись себе под нос, Рик взглянул на отползшее в сторону «зеркальце» и проговорил:

– Джабир, мне придется сейчас поставить ледяной щит – он быстро их в чувство приведет.