Приглашение к драконам, или Попаданка по контракту

  Из неё величественно и даже немного высокомерно вышел мужчина.

Император.

Тут даже к бабке ходить не надо, чтобы понять, кто передо мной.

Калеб тут же поклонился. Поклон сделал и эльф.

А я, как умела, присела в реверансе, в его подобии, и из-под полуопущенных ресниц посмотрела на императора.

У дракона было очень красиво и чистое лицо. Я говорю сейчас о красоте мужской: упрямый и мощный подбородок, поджатые тонкие губы, прямой нос истинного аристократа, высокий лоб, умные серые глаза в обрамлении пушистых ресниц, которым позавидует любая девушка.

А высокомерное и чуть надменное выражение лица мужчины сразу выдавало в нём монарха. Так смотреть может только венценосная особа.

От императора исходила мощь и сила. Я буквально кожей почувствовала её: волоски встали дыбом, по телу пробежали мурашки. От его взгляда так и хотелось склонить раболепно голову и не поднимать взгляд от пола, пока не прикажут.

Честно скажу, такие ощущения мне не понравились. Ощущать себя ничтожеством я не привыкла и привыкать не желаю.

Тряхнула головой, повела плечами, словно сбрасывая с себя это желание прогибаться, и едва я это сделала и мысленно представила, то тут же стало легче и давящие ощущения пропали."

"Но вообще император был хорош. Очень даже. Да и одет соответствующе – весь в шелках, бантах, пуговицах с камнями, но ему шло, и мужчина совсем не выглядел смешно или как-то нелепо. Таких мыслей у меня даже не возникло. А всё потому, что от монарха исходила недюжинная сила – если пожелает, то в порошок сотрёт одним лишь взглядом.

Дракон всех драконов величественно опустился на трон и властно посмотрел на нашу троицу.

— Ваше Величество! Как видите, я вернул свою пару без объявления эльфам войны! — произнёс немного надменно Калеб.

А эльф от слов дракона побледнел.

Ну да, кажется, ушастый и думать не думал, что драконы всерьёз могут начать войну из-за такой мелочи, как похищенная я.

— Без крови всё равно не обошлось, — заметил император, разглядывая Рэя, у которого остались некоторые ссадины и кровоподтёки. Видел бы Его Величество до момента, когда его начали лечить. Живого места на ушастом не было!

Кстати, голос у дракона всех драконов оказался о-о-очень приятным и магически сильным. Его слова эхом прокатились по залу, как выпущенная в полёт птица, и верным другом вернулись к своему хозяину. Любопытно.

— Он заслужил, — проговорил Калеб.