Приказ – огонь на поражение

Костя, помнишь, что говорила учительница? Троица. Руслан Балаев, Рашид Агаев и этот, их заводила, – как его…

– Абай Рустамов! – Костя выхватил у Лизы карандаш и обвёл фото Абая. – Лиза, ты гений!

– Отдай карандаш. Я им глаза подвожу…

– Не понял? – Иванов не на шутку разволновался. – Я что-то упустил? Я чего-то не увидел?

– Вы не видели «повара»! – воскликнул Костя. – А я-то думаю, откуда мне знакома эта рожа?

– Повара? – Лиза удивлённо вскинула бровки.

– Пока вы там в развалинах сидели, меня пытался лично уколоть Абай Рустамов, – пояснил Костя.

– Занятно. – Иванов нервно дёрнул волосинку из носа и болезненно скривился. – Чёрт! То что эти двое привязаны к Балаеву, это, без сомнения… мгм… но что это нам даёт? Чёрт, мне надо подумать… Посидеть…

– Что это нам даёт, понятия не имею. – Костя панибратски подмигнул полковнику – имел право. – Правильно вы сказали, это вам думать. А вот что сейчас сказать Ибрагиму, я уже придумал.

– Лучше ты мне свои «боевые» за полмесяца отдашь, – деловито предложил Вася. – Пристрелить всё равно нельзя, а так – хоть какая-то польза.

– Замётано, – согласился Костя. – Только поклянись, что не будешь влезать в разговор и ломать линию беседы."

"– Мне теперь что – и слова не сказать? – возмутился Вася.

– Прекратите, – пресёк болтовню полковник. – Прямо детский сад какой-то! Пошли, посмотрим, что нам имеет предложить доктор Воронцов…

* * *Лиза участвовать отказалась – не женское это дело. И правильно, в общем-то, сделала: спустившись в блиндаж, Иванов с Костей сразу установили, что здесь идёт сугубо мужской разговор, причём в сугубо мужской атмосфере.

Обстановка блиндажа вполне соответствовала характеру мероприятия. В тусклом свете солярной лампы зловеще поблёскивали разложенные на столе предметы: основной и вспомогательный ножи Петрушина, плоскогубцы, запасной щуп Глебыча, ножовка по металлу, ручная граната «РГД-5», три освобождённые от упаковки лезвия для безопасной бритвы, шило и автоматный шомпол.