Приказ – огонь на поражение

А так – без толку… А давайте натравим Серёгу на бабок, пусть он с ними погутарит, сходит на женячью половину и возьмёт фото этой несчастной Зейнаб.

– Зачем нам её фото? – пожал плечами Иванов. – Сказали же – в отряд её забрали… Ты что, её в розыск собираешься подавать? Она пострадавшая, не более…

– Фото надо не нам, а на КПП под Гудермесом, – терпеливо пояснил я. – Зейнаб – потенциальная шахидка. Вернее, просто смертница, если брать в расчёт, что настоящим шахидом может быть только мужчина. Ну, так что?

– У нас есть уникальный шанс пообщаться с единственным свидетелем происшествия, – упёрся Иванов.

– Нормально стоим. – Вася утвердительно кивнул. – Обзор на пятёрочку, улица широкая, если кто-то попытается объехать справа или слева, заметим.

– Ну и отлично, – Иванов ободряюще хлопнул меня по плечу.

Серёга стал выкрикивать что-то по-чеченски, из серии «Эх, Настасья…». Ответом был лишь бешеный лай собаки. Да, похоже, гостеприимство в тутошних местах давненько сошло на нет. Климат, что ли, испортился…

– Заходим? – уточнил Петрушин, любовно оглаживая топорщившиеся в кармашках «разгрузки» гранаты.

– Заходим, но без гранат, – предупредил Иванов. – Что за дурная привычка – чуть что, сразу за гранаты хвататься! И вообще, я вас попрошу – понежнее…

– Встали, – скомандовал Петрушин. – Полковник, уйдите с линии калитки. И вообще, отстаньте с Костей – пойдёте за нами с интервалом в семь секунд.

Вася с Серёгой, оттеснив нас на задний план, растопырились с обеих сторон от калитки, взяли «валы» на изготовку.

– Бойся! – буркнул Петрушин, мощным ударом ноги вываливая калитку и тотчас же отпрыгивая в сторону.

– Ав-вввв!!! – из проёма вылетел здоровенный мохнатый «кавказец», заходившийся в припадке боевой ярости.

Пу-бук! – плюнул свинцом «вал» Васи Крюкова, снося череп несчастному животному. Асфальт перед калиткой перестал быть чисто выметенным и утратил свою первоначальную свежесть.

– По-по-по! – пробормотал Петрушин, в полуприседе вваливаясь во двор и поводя во все стороны стволом. Вася с Серёгой серыми тенями скользнули за ним.