Чехов книга 6. Договор на крови

Но сидеть и смотреть на выступление из зала и выступать самому все же разные вещи. И хотя заседание будет ознакомительным, подготовиться все же стоит.

С этой мыслью я развернулся и направился в дом.

Новый водитель

Папка с делом Волкова лежала в моем столе. Я сел в кресло, откинулся на спинку и какое-то время просто сидел, прикрыв глаза. Утро казалось мне слишком насыщенным событиями. Хотя звуки из приемной меня успокаивали. Нечаева стучала по клавиатуре, звенела ложечкой, видимо, размешивая сахар в чашке. Думая о том, что девушка сейчас сидит в соседней комнате через стену, я улыбнулся.

Я поймал себя на мысли, что продолжаю сидеть без дела и смотреть в стену. Потому вздохнул, открыл ящик и достал папку с бумагами. Принялся листать страницы, пытаясь найти хоть какие-то зацепки про банду Волкова. Поэтому пришлось перебирать листы, в поисках имён.

— Что ищешь? — послышался мягкий голос Виноградовой.

Женщина прошла сквозь стену и устроилась в напротив меня, закинув ногу на ногу.

— Не так давно мне удалось узнать, что Волков не был главарем банды вымогателей, — не отрываясь от чтения, сказал я. — Но тот, кто мне это сказал, не смог опознать настоящего лидера. Вот и стало интересно, кем может быть этот самый главарь.

— Хочешь обжаловать расписку? — догадалась призрак, и я кивнул.

— Хитрый план, — протянула женщина и поправила кружевной воротник, который и без того выглядел безупречным. — Если доказать, что деньги, которые получил Самохвалов, добыты преступным путем, долг можно аннулировать.

Я снова кивнул:

— Имущество, не принадлежащее кредитору, не может быть взыскано в качестве долга и будет взыскано в пользу Империи. Ровно в той сумме, в которой человек получил. Но мне нужен свидетель, который сможет подтвердить, что октябрист добыл деньги преступным путем.

Виноградова тяжело вздохнула:

— Волков отбыл наказание за эти деньги. Так что…

— Я не уверен, что он ответил за все эпизоды, которые совершил, — ответил я. — И если поднять нераскрытые дела, долг можно аннулировать. Но я не знаю, где искать.

Любовь Фёдоровна замялась, словно бы раздумывая, стоит ли говорить, и я оторвался от чтения и взглянул на нее, подняв бровь. Напряжение в комнате нарастало.

— Я помню, что вы знали Волкова ранее, — начал я.