Предназначенный

Я сжала ее в крепком объятии, ворчащую Налу за компанию.

— Нет, дорогая! Этого не случится! Однажды сделав подарок, Богиня не забирает его, даже если свобода полностью кого-то портит. Возьми Неферет — идеальный пример. Она по-настоящему, полностью испорчена и до сих пор у нее есть силы, данные Богиней. Рефаим останется парнем по ночам. То, что ты должна сделать, это решить, уживешься ли ты с недостатком, который приносит его человечность.

— Но любовь это не недостаток, — сказала она.

— Но любить не того — недостаток, — ответила я.

Ее глаза стали большими и круглыми, и еще больше слез полилось из них.

— Ты думаешь, что любить его неправильно?

— Нет, дорогая. Я думаю, неправильно то, что он любит Калону — и это делает его слабым. — Я остановилась и затем тихим голосом призналась, — Я знаю об этом. Я была там. Ты знаешь, что я думала, что любила Калону, и поэтому я уверилась, что он меняется.

— Ага, я припоминаю это.

— Ему потребовалось убить Хита, чтобы встряхнуть меня, — сказала я.

— Что, если он потребует что-то ужасное, например заставит Рефаима уйти, уверяя, что изменится?

Я вздохнула.

— Возможно, Рефаим не столько думает, что Калона изменится, а больше надеется, что так будет.

— Разве есть разница между этими понятиями?

— Да, я думаю, что есть большая разница между верой в то, что что-то случится, и лишь надеждой на это. — ответила я."

"— Дай Рефаиму шанс разобраться с этим. Это трудно, и как ты сказала, это все ново для него. Пока просто люби его, и увидим, что случится.

— Я буду любить его, и посмотрим, что случится, — согласилась она. Затем она глубоко вздохнула и крепко обняла меня, из-за чего Нала начала ворчать и извиваться.

Стиви Рей и я посмеялись над ней и потратили какое-то время успокаивая кошку, и потом я сказала:

— Хорошо, я вырублюсь прямо здесь, если не пойду в кровать. — Я поцеловала Налу в макушку и подала ее Стиви Рей. — Держи Доктора Налу. Она хорошо обнимает.

— Спасибо, Зет.

Я пригнулась под дверью-одеялом Стиви Рей и медленно поплелась по туннелю, пока не подошла к розовому одеялу ""Моя Малышка Пони"", которое по моей просьбе прибил Старк, сделав нашей дверью. Я пробежала рукой по мягкому переду одеяла и позволила себе улыбнуться, вспоминая, как любила раньше кутаться в ""Мою Малышку Пони"", и как Мама подстригла волосы у пони так коротко, что я не знала, которые из них были мальчиками, а которые — девочками.