Предназначенный

 — Он посмотрел вдаль, выглядя совершенно несчастным. — Но я не человек. Я все еще смесь зверя, человека и бессмертного. И во мне его кровь.

— Эй, все хорошо. Ты прилагаешь все усилия. Я вижу как ты смотришь на Стиви Рей. Я знаю, что ты любишь ее. И сама Никс простила тебя.

Он кивнул, поднял руку и провел по своему лицу, отчего я заметила, что он начал потеть. Сильно.

Очевидно он заметил, что я наблюдала, и сказал:

— Трудно не отвечать на его зов. Я никогда не сопротивлялся ему прежде."

"— Послушай, ты же остаешься здесь.

— Нет! Я не хочу, чтобы все знали, что он здесь. Особенно Стиви Рей. Она думает, что я должен полностью повернуться к нему спиной, но это так трудно! — Он соединил руки, будто умолял меня понять. — Он все еще мой отец.

Даже при том, что мне этого не хотелось, я начала понимать, о чем он говорил.

— Моя мама запуталась. Вместо меня она выбрала своего нового парня, но глубоко внутри я все еще любила ее, и я хотела, чтобы она любила меня. По-настоящему любила меня. Я думаю, что самая тяжелое во всем этом, что она мертва и нет шансов, что она снова станет моей мамой.

— Тогда ты понимаешь, — сказал он.

— Да, я так думаю, но я также согласна со Стиви Рей. Смотри, Рефаим, ты можешь себя чувствовать, как и любой другой ребенок, у которого никудышные родители, но в твоей ситуации проблема в том, что твой папа не какой-нибудь Джо-Шмо из соседнего квартала.

Рефаим закрыл свои глаза, будто то, что я сказала, физически причинило ему боль, но он кивнул и, когда открыл глаза и встретил мой пристальный взгляд, я смогла увидеть силу его решения.

— Ты права. Я должен противостоять ему и дать понять, что мы теперь идем разными путями. Пойдем со мной, чтобы я сделал это. Пожалуйста, Зои.

— Ну-уу, ладно.

— Только ты. Я знаю, что это глупо, но я не хочу оскорблять Отца, а делать это перед Старком было бы большим оскорблением.

— Рефаим, я не могу пойти с тобой одна. Или ты забыл, что твой отец пытался убить меня?

— Неферет сковала его тело и вынудила его следовать за вами в Потусторонний мир. Он не хотел этого. Он никогда не хотел навредить тебе. Зои, мой отец сказал мне, что не будет убивать тебя или любую другую Верховную жрицу Богини.