Предатель. Цена обмана

Они ведь не развод обсуждают. А просто друг друга словами бьют. От тестостерона стены скоро треснут.

— Я готова, — поглаживаю Илю по спине. — Можем ехать.

— Поезжай, — Булат кивает на дверь. — Но сын останется со мной. Силой ты его не увезёшь. Скажи ей, Карзаев.

Ильяс кривится, недовольное выражение лица говорит, что мой муж прав. Я не смогу забрать сына?

В надежде смотрю на спецотряд. Они ведь помогли мне сюда войти. Разве теперь откажут?

— Генерал сказал не жестить, — командир пожимает плечами. — Он тоже хозяин дома.

И снова это чувство безысходности, в котором я тону. Сильнее погружаюсь.

Когда это закончится?

— Разве мне запрещено быть с сыном? — спрашиваю у Ильяса, на мужа не смотрю. — Есть такой закон?

— У Ильдара сегодня обследование у врача, — Булат отвечает беспристрастно. — Ты ведь не будешь рисковать его здоровьем?

Мне хочется встряхнуть мужа. Увидеть хоть какие-то эмоции, а не эту безэмоциональную глыбу. Что с ним случилось?

Почему он в другого человека превратился?

Обследование у врача — как же!

Этим всегда я занималась, планировала походы в частную больницу.

Нет уж. Тем более что Иля выглядит полностью здоровым.

Уверена, муж только что придумал, сделал запись онлайн. Но если я откажусь, то это будет плохо выглядеть для суда.

Я могу сама отвезти сына, спорить…

Но из больницы, которым владеет друг Булата, сын уйдёт не со мной.

Я до крови кусаю губу, признаю своё поражение. Но сдаться не могу! Должна хоть что-то сделать.

— Уволь Елену, — требую, няня пронзает меня злым взглядом.

— Ты мне условия ставить будешь? Не думаю, Алия.

— Она оставила ребёнка одного в детской. Он не был ни в манеже, ни в кроватки. Мог спокойно бегать и навредить себе. Если ты действительно заботишься о сыне — уволь.

— Елена, вы уволены.

Няня ахает, я слабо улыбаюсь. Потому что вопрос безопасности сына — это самое важное.

И если Ильдару придётся остаться здесь, то няня должна быть другая. А если бы с сыном что-то случилось?!"

"Теперь я могу хотя бы быть уверена, что новая няня будет следить внимательнее.

Раз он не пытался оболгать меня перед сыном, то не всё потеряно?

Ильяс подходит ко мне ближе. Молчаливо намекает, что нам пора. Я знаю. Но опустить сына… Это подобно тому, чтобы от себя кусочек оторвать.

Наживо.

— Я хочу его видеть, Булат, — принимаю новую попытку. Не надеюсь на успех, но должна попробовать. — Пожалуйста.

— Хорошо.