Право на жизнь (СИ)

— Греттен?…

— Мансы блокируют любое ментальное воздействие на хозяев, Вы этого не знали?

— Гхр-ретч, — подтвердило чудище."

"— Рекомендую все же отведать выдержанный джавийский козий сыр, прекрасно сочетается с местной ранней канталупой…

Странный вышел ужин. Словоохотливый и гостеприимный хозяин, если только забыть о том, что он тысячелетний жаждущий крови упырь. Манс, беспечно пожирающий дармовую еду. Шентию из-за одного поцелуя чуть не исполосовал, а на Воракиса вообще не реагирует, словно опасности не видит.

И я, застывшая истуканом у нетронутого бокала вина.

Из Воракиса тянуть не пришлось, как из Мексы или Аландеса, рассказал все сам, не таясь. И такие вещи, что кровь в жилах стынет. О человеке, что способен забирать магию у других. О том, кто замахнулся на немыслимую мощь Ровельхейм.

— Уникальный дар, единственный в своем роде. Уже собрал всю палитру, кроме Изначальных. Но это и так редкость. Деликатес. Каждой магии по мелочи, от самых слабых, но все же. Он сейчас силен.

Очень силен. Откуда знаю? Пробовал его когда-то, как и Вас, Ардинаэль. Думал, повеселит. Но сорок лет потратить, а так и не суметь забрать магию Ровельхейм! Совсем уныло… А потом появились Вы, моя дорогая. Такая наивная, такая прекрасная… Я бы хотел, чтобы Вы жили. Ну, в том или ином состоянии… Вы меня радуете и волнуете. Я бы поставил на Вас. Но, увы, сейчас у Вас ни опыта, ни силы духа, чтоб ему противостоять. Впрочем, есть один способ…

Воракис сделал театральную паузу в расчете на мою дальнейшую реакцию.

И она не замедлила себя ждать. Придвинулась в волнении ближе:

— Какой? Как я могу его одолеть?..

Воракис со своей чарующей улыбкой откинулся на спинку обитого велюром кресла.

— А вот за эту информацию я попрошу от Вас оплату, Ардинаэль.

Он многозначительно взял пустой бокал, демонстративно поднял его перед собой, покрутив за ножку. Как вдруг застыл, пронзенный белым магическим клинком из внезапно возникшего портала позади себя.

18.

1. Ронард

Ронард

Грорш бы подрал все эти великосветские развлечения! Впрочем, для Ронарда они никогда таковыми не были — работа, не больше. Политика. И организованная для высоких гостей охота на голодных весенних ульвов — лишь очередная сценка в большой игре. Она необходима, тоже традиция. Имитация совместного боя против внешнего врага, бок о бок с союзниками.

Впрочем, это не мешало демонстрировать союзникам и собственную доблесть, смелость, хитрость.