Право на месть

И лишь собственные границы восприятия мешают ему понять, что в этом мире он не один. А там — все, кто спит на данный момент, как утверждали легенды о сноходцах.

Способов проснуться разумом во сне было множество. Те же медитации перед сном, сходные с теми, что практиковал мэтр Сарттас; особые заклинания; техники «якорей» — это когда весь день думаешь об одном предмете и засыпаешь с ним же, а увидев его во сне, достаточно спросить себя: не сон ли это? Строго высчитанные по часам фазы сна, когда просыпаешься по будильнику и тут же засыпаешь снова, прокрутив еще раз в голове прерванный сон.

Артефакты-раздражители, действующие с разной силой в определенный час ночи. Да и просто пара стаканов воды на ночь, когда физиологические потребности сами заставят балансировать на грани яви и сна…

У меня же был манс. И этой ночью я твердо вознамерилась применить теорию на практике.

— Поможешь, Греттен?

Тот и сам, демонстративно поворчав и глубоко вздохнув, улегся на подушку. Не знаю, будет ли польза от этих осознанных сновидений.

Да и в легенды о сноходцах теперь уже не особо верилось, раз сам мэтр Друмис в них сомневался. Но манс впервые за много дней выглядел заинтересованным. Да чем грорш не шутит…

Ронард Шентия— На южные границы брошены все основные силы. И сухопутные, и морские. И-Н-Келата, Корсталия, Баджия… Ровель-а-Сенна, — последнее название Ронард постарался произнести так, чтобы не дрогнул голос.

Провинции Ровель и Баджия, последняя — с одноименным крупным городом, были ближайшими землями к сухопутной границе с Самаконой.

И Ровель был близко, чересчур близко к ней. Пусть не настолько близко, как считает император, но провинция Ровель стратегически важна. Это — Академия Ровельхейм. Это — Ардина. Пусть Лес и договорился с Самаконой, что их человек не выйдет замуж за шахина, пока не закончит учебу, но без участия богов, в отсутствие скрепленного ими договора эти договоренности ничего не стоят. Ее учеба может легко закончиться с переходом самих этих земель под власть Самаконы.

На севере и востоке континент окаймляли Истрия и Пустошь, с их стороны давно уже не было угроз, потому Ронард смело перераспределил силы.

— А западная граница? Лес? — требовательно выслушал доклад брат-император.

— В Лес я отправлюсь сам. Надеюсь, астарх уже остыл и примет наше предложение о союзе. Вдвоем против Самаконы мы выстоим.

— Лес уже отдал свою южную границу Самаконе, проявив слабость.

Ронард еле сдержался.