Право на месть

Молча допивали вино, пока Анхельм не зевнул демонстративно и не раскланялся с хозяевами, увлекая за собой мрачную Мексу. Понимающему арну Вейлену Мюрелу хватило одного короткого взгляда от супруги и тот тоже тактично удалился, даже не выискивая предлог.

Мы с «железной» арнаи остались одни.

— Страшно? — вдруг спросила она, наблюдая как нервно я перебираю бахрому скатерти.

— За Ронарда страшно, — прямо призналась я человеку, с которым была знакома от силы пару часов. — И за остальных тоже.

— Это хорошо, Ардинаэль.

— А Вы не боитесь?

— Нет. Я не могу себе позволить страх.

Как мне были понятны ее слова… Я кивнула женщине, не дожидаясь ее пояснений.

— Потому что страх кормит Тьму. И злость, и ненависть тоже. Стоит их впустить в свое сердце, как Тьма стократно их усиливает, проникая все глубже и затмевая разум. А все доброе и светлое она выворачивает наизнанку, тоже превращая в боль. И единственный способ с ней договориться — это избавиться от чувств вообще.

— Ты говоришь так, словно сама была в ее власти. Но ведь у тебя есть Свет, если только этот сухарь Конлатэн из ума не выжил, поставив на уши все магическое сообщество. Хотя в такое действительно сложно поверить. Ничего, что я на «ты»?

— Так даже лучше. Была, ваша светлость. Дважды я оставалась надолго без Света.

— Сойра. Просто по имени.

— Спасибо, Сойра. Я знаю, каково это — бороться с собой каждый день. Это и сила, и проклятие. Знаете… Если бы магией можно было наделять других, я бы, не раздумывая, поделилась Светом с Вами."

"Я выпустила по тонкой струйке белой и черной магии, те закрутились спиральками друг вокруг друга; другую руку, разом скрючившуюся от боли, быстро убрала под стол.

— Такая яркая… Можно? — Сойра протянула руку.

Я дотронулась до ее руки, влила в нее, теперь не жалея, сырого Света.

— Тепло… — она в блаженстве закрыла глаза.

Рука под столом уже просто горела огнем, но я стиснула зубы, не желая лишать еще одну жертву Тьмы редкой радости. Наконец она сама нехотя расцепила пальцы, а в глазах ее блеснули слезы.