Право на любовь

Он достал из багажника любимую снайперку и сказал, что своей девочке не изменяет ни с кем. Демонстративно чмокнул холодный ствол и ушел приводить боевую подругу в порядок.

Я показывал парням маршрут, по которому нам предстоит двигаться. Рассказывал о возможных препятствиях, обрывах и укрытиях. На меня странно смотрели, но впитывали понимая, что жизнь каждого из них зависит от того, что они сейчас услышат.

– Эти дороги знаем не только мы, – поясняю, подводя итоги. – Вот здесь, здесь, здесь и даже здесь, – тычу ручкой в рельеф местности.

Тогда нам останется только уйти и искать другие пути.

Разминка, спарринги, тренировки, бессонные ночи. Мы застряли в городе на три долбанных дня. Я бы ушел один и…

Ладно, не вытянул бы, знаю! Черт, как же меня шарашит от всего этого. Где сейчас моя девочка? Еще Виктор звонил. Трезвый. Хоть это радует.

Также до меня пытался дозвониться новоявленный жених моей девочки, но его я игнорировал.

– Готовы? – осматривая экипированный отряд, спросил генерал Астахов. – Тогда удачи вам, ребята. – Он пожал руку каждому из нас и проследил, как за ворота выезжают несколько внедорожников.

– Мне было бы интересно когда-нибудь узнать, откуда ты знаешь про эти тропы, – обращается ко мне Влад, когда мы отъехали на приличное расстояние.

– Если все получится, буду рад рассказать.

И добавляю про себя: «Потому что я буду мертв».

Двигаясь точно по указанному маршруту, мы добрались до места, где можно скрыть машины. А дальше все, дальше пешком. Общаясь только знаками, небольшой отряд бесшумно вступил на узкую серпантинную дорогу. Никто не разговаривает, не курит, почти не дышит. Очень, очень тихо. Здесь такое эхо, что каждый чих услышат во всех ближайших окрестностях.

А что? Здесь бывает.

Подняв кулак вверх, даю команду остановиться. Махнув ладонью, подзываю к себе Алекса и показываю пальцем на цель, мимо которой нам никак не пройти. Мужчина хищно улыбнулся и стал выбирать позицию. Он с любовью погладил ствол, проверил глушитель, и, затаив дыхание, все ждут.