Правильный лекарь. Том 10

— Я всё хотел у тебя спросить, правду люди говорят про призрака или нет, да всё не до этого было, — улыбнулся Белорецкий, с интересом разглядывая Валеру. Кажется, я впервые увидел, как он улыбается. — Так мало того, что это правда, вы ещё и нашли способ сделать его человеком. Прошу простить меня, Валерий Палыч, что говорю о вас в третьем лице, просто немного в растерянности.

— Я вас прекрасно понимаю, — кивнул Валера. — Если бы мне в прошлой жизни такое рассказали, я бы больше не стал общаться с этим сказочником.

— А чем я вам могу помочь? — спросил Павел Афанасьевич. — Вы же ко мне не просто познакомиться пришли.

Я рассказал Белорецкому, как именно Валера обрёл новое тело и откуда оно взялось. Полицмейстер призадумался, потирая подбородок.

— Я так понимаю, нужны новые документы? — спросил он.

— И не только, — сказал я. — В первую очередь мы хотели узнать, не осталось ли у Лисина Александра Викторовича родственников.

— Даже если мы никого не найдём, я порекомендовал бы вам изменить внешний вид, — сказал Полицмейстер, продолжая разглядывать Валеру. — Сменить причёску, отрастить усы, может ещё что-то. Потому что кроме родственников могут быть знакомые, коллеги. А так хоть в глаза не будет бросаться.

— Жаль, — вздохнул Валера.

— Тоже вариант, — кивнул Белорецкий. — Но лучше не стоит, так вы станете ещё заметнее. Оставляйте паспорт, я поручу, чтобы с этим вопросом разобрались максимально быстро. А сейчас прошу извинить, но мне пора идти. На совещание у губернатора опаздывать нехорошо. Вам сразу же позвонят, Александр Петрович.

— Хорошо, спасибо, — сказали мы с Валерой практически хором, поднимаясь с кресел.

Ну вот, скоро всё разрешится, и Валера станет самостоятельным свободным человеком. Перед тем, как выйти из здания, мы зашли в отдел, занимающийся документами, удостоверяющими личность и Валера сфотографировался на новый паспорт.

— Как-то неспокойно на душе, — сказал Валера, когда мы вышли из управления полиции.

— Брось, Обухов же подтвердил, что у Лисина не осталось родственников.

— Ну не может быть всё так гладко, Сань, — сказал он и вздохнул.