Прапорщик. Назад в СССР. Книга 6

Пусть уже едет себе, а за то, что он не будет шуметь и тем более употреблять этот забродивший сок, я ручаюсь.

Оба милиционера уже и сами от него устали, но сдаваться так просто тоже не собирались. Окинув меня удивленным взглядом с головы до ног, лейтенант поинтересовался:

— А вы кто такой?

— На родственника — не похожи! Документы?

— В купе лежат.

— Надо бы сходить!

— А причина? — поинтересовался я, глядя на молодого лейтенанта.

— Проверка документов. Если их нет, то можем вас задержать. А то мало ли, вдруг перед нами дезертир?

Вообще, несмотря на то, что мне и самому было только двадцать, от того парня, что ехал по этой же железной дороге год назад, я сильно отличался.

— Я не дезертир. Так как обычно дезертиры едут не в ту сторону, где фронт, а от него. Но если вам так хочется знать, то можете заглянуть в вагон номер шесть, купе четыре.

Все это время Вано сидел с таким видом, будто привидение увидел. Смотрел он на меня, потому что подобная же ситуация уже случалась и сейчас он пытался понять, не мерещиться ли ему.

— Антон, да черт с ним с этим вином! — вдруг вмешался второй милиционер, в звании старшего сержанта. По возрасту он был лет на десять старше лейтенанта.

— Что-то странно получается… Вы его что, покрываете?

— Нет. Просто берегу ваши нервы. Товарищи, я конечно, уважаю советскую милицию, но лучше бы вы не ерундой занимались, а другими, куда более важными делами. А то приходится вместо вас задерживать всяких криминальных личностей!

— В каком смысле?"

"— Да в прямом! Про то, как по ночам пассажиров прямо в их купе грабят, слышали? Если память мне не изменяет, банда Лыкова…

— А он тут причем?

— При том, что я по ориентировке его здесь видел!

Нужно было видеть лица милиционеров.

— Где?

— Не знаю. Кажется, в конце поезда. Я за ним не следил, это ваша работа.

Оба сотрудника доблестной советской милиции, придерживая фуражки, рванули в конец поезда, искать Лыкова… Того самого, что я уже помог задержать в другом поезде. Ну, ничего. Им полезно. А то докопались до Вано, у него почти аргументы закончились.