Пожнешь бурю

Александр успел коротко рассказать маркизу историю заключения Мереуин в тюрьму, которую разузнал от людей, допрашивавших арестованных в связи с этим делом некоего Эдмунда Ансворта и смахивавшего на хорька тюремного надзирателя Энди Макэлти. Иен в свою очередь поведал Александру все то, что случилось с Мереуин и с ним самим, начиная с прошлой весны, когда военный корабль «Колумбия» вышел из Глазго."

"Александру хотелось задать ему массу вопросов, но сейчас было не до этого. Сначала надо найти сестру, и он от всей души молился, чтобы с ней ничего не случилось.

Глава 13

Мереуин не имела понятия, сколько времени пролежала на земле. Рана в плече все еще кровоточила, но, к счастью, не очень сильно. Она пришла в себя от болезненного пинка сапога в бок. Открыла глаза и заморгала от бивших прямо в лицо лучей солнца, которые тут же закрыла чья-то тень.

– Нет, – простонала она, отворачиваясь и закрывая глаза, чтобы не видеть его.

Он дышал часто и отрывисто.

– А ты думала, я мертв, дорогая? Вполне мог разбиться и едва ли когда-нибудь смогу владеть этой рукой. – Он приподнял беспомощно болтающуюся правую руку. – У меня ушло немало времени, чтобы выбраться, но теперь все позади, и я рад возможности увидеть твою кончину.

Мереуин смотрела на него потемневшими от боли глазами.

– Почему? – прошептала она. – Почему вы хотите меня убить? Клянусь, я н-никогда никому ничего не скажу.

Он оскалил зубы в жуткой ухмылке:

– Думаешь, я поверю? Нет, ты со своим детским секретом чересчур опасна для меня. Видишь ли, Мереуин, я убил женщину в Глазго. Потому и приехал в Лондон. Боюсь, твои обвинения против меня дадут повод связать мое имя с этим убийством.

– В-вам в-все равно н-не уйти, – проговорила Мереуин, борясь с наплывающей дурнотой.

– Не уйти? Похоже, ваш высокочтимый супруг поверил в нашу любовную связь. – Он запрокинул голову и издевательски расхохотался. – Господи, до чего удачно получилось, согласитесь, дорогая Мереуин! Все, естественно, будут думать, что вы сбежали со мной, я ведь нынче ночью собрался ехать в Италию, и никто никогда больше не увидит ни вас, ни меня.