Пожнешь бурю

Топиться было бы трусостью, а Макэйлисы никогда не трусят!

Уильям Роулингс вышел из экипажа на булыжную мостовую, тянувшуюся вдоль широкого, загроможденного пакгаузами берега Темзы. У причалов внизу стояло множество судов, сумрачное небо, протыкали бесчисленные мачты, в доках кишели матросы вперемешку с богато одетыми купцами, которые спускались в трюмы для проверки товаров, недавно прибывших из колоний, пытались разобраться, где чей груз, и в сыром лондонском воздухе висел разноголосый гул.

Уильяма поглотила, сутолока гавани, которая, на, его взгляд, была раз в пять бестолковее, чем в Глазго.

– Я ищу «Галифакс», – обратился он к плотному моряку с, могучими плечами, тащившему на спине огромный сундук.

– Док там, – последовал краткий ответ, сопровождаемый тычком пальца."

"Уильям небрежно поблагодарил, проигнорировал ответное бурчание и зашагал в указанном направлении к небольшой бригантине, пришвартованной толстыми стальными тросами неподалеку от места, где он только что останавливался.

Команда спускала нок-реи и паруса, мускулистые матросы возились на кабестане, судно явно только что прибыло. Уильям, не обращая ни на кого внимания, свернул к трапу, ведущему к кормовым каютам.

Каюта капитана была просторной и опрятной, пропитанной сильным запахом смолы и табачного дыма. Капитан Гарольд Франклин, усатый джентльмен пятидесяти двух лет, скорчившись, сидел за столом, разбитый разыгравшимся ревматизмом. Он что-то писал, крепко сжимая перо скрюченными пальцами.

Гарольд Франклин хорошо знал, что пропал бы, если бы не благосклонное отношение сквайра Роулингса, ибо никто другой не доверил бы командование своим судном больному капитану. Сквайр же, когда-то впервые наняв Франклина, заверил, что будет рад видеть его капитаном «Галифакса», курсирующего между Глазго и Лондоном, покуда ему хватит сил, и старый моряк испытывал к своему работодателю бесконечную признательность.

Когда узкая дверь каюты открылась, он поднял глаза, удивляясь, кто это из членов команды осмелился вломиться без стука, но при виде худого молодого человека удивление сменилось радостью.

– Мистер Уильям! – Капитан неуклюже поднялся и заторопился навстречу. – Какого дьявола вы делаете в Лондоне?

Уильям ухмыльнулся:

– Надо было сменить обстановку. Соскучился в Глазго. Капитан Франклин заговорщически подмигнул:

– Слышал, будто дома вы почтили своим присутствием каждый притон с девками. Весьма разумно расширить поле деятельности.