Поздравляю,ты допрыгалась

Зубы клацнули, когда Чех ощутимо меня встряхнул, будто тряпичную куклу. В глазах потемнело. Таким способом можно мозг превратить в кашу.

Не знаю, может я свои мысли озвучила, но мне показалось он еще больше рассвирепел. Перекинул меня через плечо и куда-то понес. Футболка задралась, голые бедра касались его щеки, а ягодицы сверкали всем на обозрение.

Как же хотелось кусаться, драться, царапаться, но только не сдаваться. Я все еще не знала, что произошло два года назад. Почему человек, которого называют убийцей моей матери, беспокоится о моей безопасности? Может, я нужна для каких-то дальнейших планов и должна остаться живой, а может, мою маму убили не братья Чехоевы?.

Он двигался быстро и меня это тревожило. Желание его укусить пропало на лестнице. Я застыла и не двигалась. Не снижая скорости, Чех несся вниз. Если мы упадем, я точно сломаю шею. Нужно как-то его усмирить.

— Я не понимаю причины твоего гнева, — дурочку включить не получилось. Повинную голову меч не сечет, но каяться у меня язык не повернулся.

Хлопнула дверь, которая вела в бассейн. Я узнала плитку и голубые сияющие стены. Будет топить, как котенка?

— Может ты успокоишься и мы поговорим?.. Папочка? — язык — мой враг. Конечно, родственником я его не считала, тем более отцом. Даже если он не убивал мою маму, он просто опекун, чужой для меня человек. Я хотела переключить его внимание, напомнить, что он за меня в ответе.

Ягодицы обжег резкий шлепок. Такой силы и мощи, что из глаз брызнули слезы.

Я не успела отомстить, вцепиться ему зубами в лопатку, меня подняли и бросили в бассейн. Я не закричала, чтобы не нахлебаться воды. Прежде чем теплое тело погрузилась под толщу холодной воды, я успела набрать воздух в легкие…

***** *****

Чех

Несколько часов сидел и наблюдал за Леей. Гнев меньше не становился. Облегчение оттого, что она нашлась, почти не испытывал.

Будто чары навела. Никогда не думал, что можно так хотеть женщину. Это не просто физическая потребность, которую можно удовлетворит и забыть.