Повелитель механического легиона. Том I (СИ)

Интересно, что я им сделал? Они тоже носили золотые перстни, но форма печатки выделяла в них представительниц побочной ветви, они максимум дети брата главы дома. А ведь я думал, что их сняли… или это я такой ханжа?

Но работницы древней профессии не стали бы так презрительно смотреть на потенциального клиента, который может обидеться и отомстить за пренебрежение. Передо мной стояли потомственные аристократки, которые неприкрыто пытались увеличить лояльность благоверного.

— До чего некультурная нынче молодёжь.

Я показал открытую на экране страницу одного из дистрибьюторов. По заверениям, ехать он мог сто тридцать километров в час. Ощутимо меньше, чем я ожидал, но сносно. Зато аккумулятор большой и можно заряжать духовную энергию через конвертер. Стоила эта красота четырнадцать тысяч рублей. На мой взгляд — дороговато для таких характеристик, но в рамках приемлемого.

— Ты шутишь что ли? Отброс на таком транспорте? — засмеялась блондиночка.

— Да он его поцарапал, смотрите! — пришедший шатен указал куда-то в район рамы снизу. Царапина действительно была: скорее всего, всадник посадил мотоцикл на брюхо, заехав на высокий бордюр. — Князья Вяземские никогда не прощают вреда своему имуществу! Ничего, я сегодня великодушный! Пусть купит мне новый, и разойдёмся с миром."

"Сирин всё сильнее хотела добраться до наглеца, но особых средств пока не имела. Страшно представить, если бы она сейчас добралась до какого-нибудь реактивного миномёта или крупного робота вроде «Витязя» или «Инквизитора».

Отогнав воспоминания о составе Легиона, сфокусировался на Вяземском и вздохнул.

— Я его даже не трогал… Серьёзно, вам подраться что ли захотелось? О да, по глазам вижу, что именно этого вы и добиваетесь. Вы меня оскорбили, а потому я вызываю вас четверых на дуэль. Не смертельную, конечно. Не хочу потом объяснять вашим отцам, почему их детей упаковали в мешки.

Усмехнулся, любуясь растущим уровнем бешенства, и закинул добивку.

— При моей победе я забираю мотоцикл. А то знаю я молодых ездоков — и других убьют, и сами на ближайший столб намотаются.

«Мой князь так великодушен!» — усмехнулась Сирин. — «Только они ведь обидятся».

О, я знал это. Но это ещё не значит, что об меня можно вытереть ноги. Конечно, она напоминала мне быть чуть скромнее, то есть не калечить.

— Я принимаю вызов! — рыкнул Вяземский.