Бог злости (ЛП)

Глава 34

Глиндон

У меня на сердце стало легче после разговора с мамой по душам.

Этого давно следовало ожидать, и я наконец-то получила возможность высказать все, что таилось внутри меня. Мне просто повезло, что у меня такая терпеливая, понимающая мама, как она.

Когда я проснулась полчаса назад с больной киской и задницей и нашла сообщение от нее, я не смогла удержаться и позвонила.

Правда, сначала я надела шорты и футболку. Говорить о Киллиане — это одно дело, но позволить маме увидеть дикие следы, которые он оставил на моем теле — совсем другое.

Слава Богу, я сохранила свою одежду после того, как купила платье, которое порвал этот грубиян.

После звонка у меня пересохло в горле, поэтому я на цыпочках выхожу из комнаты и крадусь вниз по лестнице.

Мои шаги останавливаются на пороге кухни, и я крепче сжимаю телефон, когда понимаю, что там кто-то есть.

Черт.

— О, Глин. Входи. — Рейна говорит мне с улыбкой.

Она одета в великолепный голубой атласный халат, подходящий к цвету ее глаз.

— Тебе что-то нужно?

Я прочищаю горло, чтобы побороть чесотку.

— Только немного меда и лимона, если они у вас есть.

— Как насчет того, чтобы сделать тебе травяной чай с медом? Он успокоит твое горло в мгновение ока.

— Это было бы здорово, спасибо.

Она наливает мне чашку чая, похожего на свой, и кладет в нее немного меда.

Мы садимся напротив друг друга, я делаю первый глоток и вздрагиваю.

— Он горячий, будь осторожна. — Она протягивает мне стакан с водой, и я беру его.

— Спасибо. Ты всегда просыпаешься посреди ночи, чтобы выпить травяной чай?

— Только когда я слишком взволнована, чтобы спать.

"Ее выражение лица становится отстраненным, и грустная улыбка приподнимает ее губы.

— Никто не говорил мне, что они так быстро вырастут и покинут меня. Я бы хотела, чтобы они снова стали моими маленькими мальчиками.

Я делаю глоток из чашки, и, к счастью, она не такая горячая.

— Мама тоже так говорит о нас.

— Все мамы так говорят.

Мы немного помолчали, пока я обдумывала, как лучше затронуть тему, которая не давала мне покоя с тех пор, как я впервые о ней услышала.

Видимо, сегодня настал день мужества, потому что я пробормотала:

— Могу я тебя кое о чем спросить?

— Конечно.

— Это об инциденте, который произошел, когда Киллиану было семь лет.

Она крепче сжимает чашку.

— Он рассказал тебе об этом?

— Да, и еще он сказал, что с тех пор ты его боишься.