Бог злости (ЛП)

— Блядь, скажи это, Глиндон.

— Я хотела тебя, — плачу я. — Я не понимаю почему, но я хотела тебя, ты, гребаный ублюдок.

— Вот. — Его голос темнеет, когда он медленно, но глубоко входит в меня, и этого достаточно, чтобы перевести меня через край.

Мои вздохи и стоны сливаются в симфонию наслаждения, которая и близко не сравнится с его хаотичным насилием.

Он будет моей смертью.

В прямом и переносном смысле.

— Не переставай рисовать, мой маленький кролик. Покажи мне, что эти руки могут пока ты заполнена моим членом.

Я рисую хаотично, в том же ритме, в котором он трахает меня. Глубоко, грубо, и настолько неуправляемо, что я едва могу дышать.

Никогда бы не подумала, что секс может быть таким животным, таким совершенно безумным.

Он разрушил мое представление о сексе.

Я не думаю, что когда-нибудь смогу найти удовольствие, если меня не задушат, не повалят на землю и не потребуют, чтобы я не имела права голоса.

Я не думаю, что когда-нибудь смогу наслаждаться этим с кем-то, кроме Киллиана.

Потому что, как бы мне ни было неприятно это признавать, я доверяю ему.

Он всегда говорил, что хочет бороться со мной, доминировать надо мной, удерживать меня и добиваться своего, но он также получает удовольствие от того, что я наслаждаюсь каждой секундой этого.

Я вот-вот снова кончу, я чувствую это. Я чувствую вкус в воздухе с каждым прерывистым вдохом и выдохом. Мое тело подстраивается под его, под то, как он раздвигает мои ноги и скользит моей влагой от места нашего соединения к моей задней дырочке.

— Что делать, детка? Я думаю, твоя попка сейчас чувствует себя обделенной. Мы не можем позволить ей пропустить удовольствие, нет?

Стон — это все, что я могу выпустить, потому что я вот-вот снова упаду. Как раз когда я на грани, он вытаскивает свой член из меня.

Мой стон разочарования эхом отдается в воздухе, а ублюдок имеет наглость хихикать.

— Не будь жадным кроликом. Мы должны и твою задницу немного поласкать.

Он толкает меня на четвереньки, но я все еще держу карандаш на бумаге.

Другая его рука скользит по моему возбуждению к заднице снова и снова, пока я не начинаю извиваться и бить бедрами.