Бог злости (ЛП)

Сначала до нас доносится негромкий звук «тап-тап-тап», а затем появляется похожая на модель женщина с блестящими светлыми волосами, спускающаяся по лестнице.

Мамина улыбка — самая заразительная вещь, которую я когда-либо видел. Обычно эмоции других людей не имеют для меня значения. Да, я могу различить их, могу даже понять их, когда их хозяева не могут, но мне на них наплевать.

Рейна Эллис Карсон — исключение из этого правила.

А теперь и Глиндон тоже.

Мама обнимает нас с Гаретом, ее голова лежит на наших плечах.

Без шуток, однажды она так и сделала.

— Я так по тебе скучала! — Она отстраняется, чтобы провести рукой по нашим плечам. — Дай-ка я посмотрю на тебя. Ты стал выше или что? Я не могу в это поверить. В следующий раз я куплю лестницу, чтобы достать до тебя. Ааа, мои мальчики вернулись домой вместе. Я не могла поверить, когда Гарет сказал мне об этом раньше.

Она снова обнимает нас, и я обмениваюсь взглядом с братом.

Ну вот, опять.

После того как она практически душила нас в течение пяти минут, она наконец замечает Глиндон, которая изо всех сил старался оставаться на заднем плане во время маминой церемонии приветствия.

Я не думала, что это возможно, но выражение лица мамы становится еще ярче.

— А кто ты?

— Здравствуйте. Меня зовут Глиндон. — Она протягивает ей завернутый подарок. — Спасибо, что приняли меня.

— О, спасибо. Ты такая милая и воспитанная. — Мама принимает подарок. — Ты с...

— Со мной. — Я обхватываю ее за талию и притягиваю к себе. — Она моя девушка.

— Та, из-за которой у тебя в тот раз были синяки на губах?

— Единственная и неповторимая. — Это было не из-за поцелуя, но я был таким из-за драки, которую устроил, так что это считается."

"— Ч-что? — спросила Глиндон с достаточной неловкостью, чтобы покраснела ее шея.

— Ничего. — Мама притворяется невинной. — Я так рада, что Киллиан наконец-то привел кого-то домой.

— Мама! — Я вопросительно вскидываю руку.

— Что? Ты знаешь, что у тебя аллергия на моногамию. Или была до того, как ты встретил эту прекрасную молодую леди. — Выражение ее лица становится серьезным.