Повелитель драконов II

Тем более раз и денег за свою работу не хотят. Пускай вкалывают на благо города. Да и свои люди никогда не помешает. Не всё же тараканам всю работу выполнять — многое им просто не доверишь.

— Идите и разбирайте завалы, — сказал я.

— Пожалуй, для такой пыльной работёнки наш профиль великоват, — пожал плечами Копь.

— А говорили, что на любые поручения готовы, — усмехнулся я. — Ничего не знаю. Раз вызвались, значит, делайте. Или больше не попадайтесь мне на пути.

Рупь и Копь растерянно переглянулись. Вся спесь с них мгновенно сошла.

— Вообще-то мы думали заняться чем-то полезным для вас, — пролепетал Рупь.

— Вот и занимайтесь, — кивнул я. — Самое полезное, что вы можете сейчас сделать — это помогать людям.

Они-то небось рассчитывали, что я их сейчас долги выбивать отправлю. Или устранять неугодных. Но не на того напали. Пускай приносят реальную пользу.

Амбалы потоптались еще немного, а потом, бросив: «Ну мы пойдем!», удалились. Странные товарищи.

А вообще им надо бы премию выписать, за защиту крепости.

У входа в замок на лестнице снова надрывался глашатай перед прилично скопившейся толпой людей.

— Князь! Вот кто виноват во всех этих смертях! — возвещал он. — За его блуд и грехи, мы все отдуваемся. Семигар всё видит, и обязательно воздаст ему по заслугам. Он отправил детей на стену, чтобы они защищали его срамоту.

Вот тебе и приехали. Так они и до бунта дойдут. Народ тоже хорош. Вместо того, чтоб раненным помогать, они какого-то психа слушают.

— Вы не хотите разогнать это представление? — спросил я у стражников.

— Приказа не было, — лениво отозвался один из них.

— То есть бунт вас не смущает? — спросил я. — Думаете, кого отправит князь чтобы его разгонять?

— А что? Я даже согласен с ним, — подал голос второй стражник. — Князь всех гувернанток в замке перетрахал.

Так понятно. И эти сошли с ума.

Я направился сразу к князю, хоть меня там и не ждали. Благо и повод нашелся сам собой.

Паучки сообщили, что он находится на верхних этажах, на одном из балконов. Туда я и направился.

Застав их вдвоем с женой, Еленой Петровной, я остановился в дверях. Они меня не видели.