Посмертная месть

Надо бы лесину срубить, чтобы под колеса сунуть, а топора нету. Ефим Иваныч по-хозяйски ответил, мол, у него лишних топоров не имеется для раздачи каждому встречному. Один из парней, худощавый и к тому же заметно выпивший, взъерепенился. Дескать, не дашь топор по-хорошему, заберем силой. Такой ультиматум задел Ефима Иваныча за живое. Он хотя и пенсионер, но закалку имеет кузнечную и кулаки пудовые. Поднялся мой свояк во весь могучий рост и сурово предупредил задиру: «Насчет силы помолчи! Могу так врезать по макушке, что у тебя на заднице штаны лопнут».

Паренек сунул руку в карман. Вроде бы ножик или пистолет хотел оттуда выхватить. А другой парень, который здоровее, сгреб дружка в охапку и вынес из зимовника. Куда парни после этого подевались, не знаю.

— Долго вы гостили на пасеке?

— Двое суток. В пятницу утром отправился от свояка домой в Таежный.

— Этой же дорогой шли?

— Конечно. Когда вот сюда дотопал, сразу догадался, где искавшие топор забуксовали. Постоял, поглядел на оставленные ими следы и сделал вывод, что парни либо напились в стельку, либо, скорее всего, в шоферском деле ни бельмеса не кумекают.

Я до пенсии сорок лет шоферил и вполне авторитетно утверждаю: развернуться здесь на легковушке — пустяковое дело в любую погоду. Надо только плавно реверсировать. А они, дурни, газовали напропалую. При таком форсаже можно и на сухом асфальте буксануть, — «одуванчик» глянул на молчаливо слушавшего шофера милицейского УАЗа. — Молодой человек, какое ваше мнение на сей счет?

— Такое же, — сказал шофер.

— Лично вы развернетесь здесь на УАЗе без мурцовки?

— Запросто.

— Чувствуется, профессионал! А те парнюги, могу биться об любой заклад, ни черта не смыслят в вопросах управления автомобилем.

— После пасеки они нигде не попадались вам на глаза? — спросил Бирюков.

— Нет, в последние дни я из Таежного никуда не гастролировал. Это жинка окрестила меня «гастролером» за то, что двое суток прогостил у свояка.

— А этого мужчину, ради которого мы сюда приехали, раньше не встречали?

— Вроде бы встречал… — понятой вопросительно посмотрел на Бормотова.

 — Коля, кажется, ему я помогал советами, когда он менял шаровую опору у «жигулей». Помнишь, с месяц назад это было в твоем дворе? Или ошибаюсь?

— Нет, Михаил Матвеевич, не ошибаешься, — ответил Бормотов.

— Значит, память меня не подводит! Но как мужик сюда попал и почему мертвый, объяснить не могу.

— Когда шли с пасеки домой, его не было под березой? — вновь спросил Бирюков.

— Может, и был.