Посмертная месть

Вскинул голову — прямиком на меня газует! Как успел в кювет соскочить, сам удивляюсь. Если б секунду проморгал — копец бы верный мне был под колесами.

— Какая машина? — заинтересовался Голубев.

— Огромный белый джип. Название и номер не успел разглядеть. Заметил только за рулем неумывшегося после смены шахтера. Одни зенки да зубы белели.

— Может, это негр был?

— Негры тут не живут, а шахтеров всяких хватает, — понятой вздохнул. — Главное, ведь что интересно… Шел я правой стороной дороги. Ему бы, чумазому клоуну, следовало по другой половине ехать, однако он на мою сторону зарулил.

— Кроме водителя еще люди в джипе были?

— С перепугу только грязнулю запомнил.

— Джип из поселка ехал?

— Вроде бы от дачи майора вывернулся на дорогу. Хотя утверждать не берусь. Может, и из поселка газовал.

— Раньше у майорской дачи не видели его?

— На прошлой неделе вечером какой-то омоновец в пятнистой одежке на таком же белом джипе подъезжал. Отомкнул гаражную дверь и вроде бы сумку туда занес.

— Не «чумазый шахтер»?

— Лицо в сумерках не разглядел.

— Один в машине был?

— Один.

— Уехал скоро?

— Отъезда я не видел.

— А майор часто здесь бывает?

— Сегодня первый раз его вижу. До этого считал, что возвел такую богатую дачу новый русский воротила, которому деньги некуда девать. Построил дворец с ангаром и забыл. Даже приусадебный участок не разработал. Пустует землица…

Сверху из открытого лаза послышался голос Бирюкова:

— Вы что там, заблудились?!

— Идем, Игнатьич, идем! — откликнулся Слава.

"Голубев с разговорчивым понятым поднялись из подвала. Бирюков, пристроившись у столика, сноровисто записывал показания сидевшего на тахте майора Кетькалова. Не отрываясь от писанины, он сказал Славе:

— Осмотрите гараж снаружи.

— А мне можно к ним примкнуть? — спросил второй понятой.

— Не только можно, но и нужно.

Разговорчивый озорно улыбнулся:

— Айда, Прокопий, будешь третьим.

— Возьмите нас в компанию, — поправляя на плече ремень автомата, шутливо попросил один из омоновцев.

— Не возьмем. На пятерых поллитровку делить — только время зря проводить.

Прокопий смущенно кашлянул в кулак:

— Помолчал бы, Аркаша…

— Не могу. Ты разве меня не знаешь? При старой власти намолчался так, что теперь прямо удержу нет.

— Люди и вправду подумают, будто мы заядлые пьяницы.

— Ну и что? В России не пьют лишь телеграфные столбы, потому как у них чашечки кверху дном…

Солнечное утро было тихим.