Без чувств

— Так и сделаю, — кивнул маг и открыл портал.

Уже занеся ногу, он повернулся и проговорил:

— А если девушка не пожелает вернуться?

— Куда она денется? — фыркнул герцог. — Ты что, не знаешь женщин? Думаю, за эту неделю она так настрадалась без ванны, служанок, кремов и других приятных мелочей, что тут же бросится мне на шею. Если бы не боялась моего гнева, наверняка, уже давно сама бы пришла с повинной.

— А ты знаешь женщин? — выгнул бровь Огаст. — И много у тебя было молоденьких девственниц?

— Девственниц не было, — ответил герцог.

— И чего они хотят? — с интересом переспросил Огаст.

— Замуж, чего же ещё? — фыркнул герцог. — Замуж за самого богатого и родовитого из тех, кого смогут заполучить.

— Да? Прямо, так и все? А как же Аэлина? Если мне не изменяет память, она тебе в Храме отказала.

- Деневеро — исключение, которое только сильнее подчеркивает правило. Я еще не разобрался, она настолько умна или, наоборот, безнадежно глупа, что решилась на отказ и игру в прятки.

— Удачи! — Огаст улыбнулся и скрылся в портале.

Герцог на секунду задержал взгляд на месте, где только что стоял друг, потом встряхнул головой и переключился на стол.

— Да, где же они? — бормотал магистр, перебирая документы. — А, вот!

Чтобы не терять времени даром, пока он ждет появления подопечной, герцог решил заняться разборкой последних донесений и сводок.

Теперь надо захватить с собой какое-нибудь одеяло — сидеть в той комнате не на чем, разве что на кровати. А на ней лежит один голый матрас.

Одеяло можно было взять в спальне, и Стефан стремительно туда переместился, с размаху врезавшись во что-то мягкое и теплое. Вернее, в кого-то.

Рефлекторно обхватив препятствие руками, магистр обнаружил, что держит в своих объятиях девушку.

Не успев возмутиться, как в его спальню попала незнакомка, герцог рассмотрел форменное платье, фартук и чепец.

А, так это его новая горничная!

Девушка не произнесла ни звука, не пыталась вырваться, казалось, она замерла и не дышала.

— Прости, я не ушиб тебя? — спросил мужчина, отодвигаясь.

Горничная отрицательно качнула головой и отошла ещё дальше, прижимая к себе кипу белья, затем она неловко сделала книксен и скрылась за дверью.