Без чувств

Кинувшись туда, он обнаружил, что несчастное непарнокопытное приказало долго жить.

— Ах, ты, несчастье, какое! — запричитал хозяин. — Тимо! Тимо, где ты?

Конюх появился через минуту.

— Что, хозяин? Я навоз таскал, как вы мне велели.

— Что с мулом?

Тимо бросил взгляд в стойло и ахнул:

— Полчаса назад был жив!

Между тем Стефан ощупал живот бедолаги, заглянул ему в рот и выпрямился, сжав губы.

— Где я могу приобрести другого мула или недорогую лошадь?

— На скотном рынке, это у западных ворот! — живо отозвался хозяин.

Стефан кивнул Тимо, давая понять, что тот идет с ним, а сам спешно вернулся в гостиницу.

— Аэлина, у нас неприятности — пал мул, придется идти на рынок покупать нового. С радостью оставил бы тебя здесь, но хозяин и так удивился, что я хожу в конюшню, которая дальше тридцати метров от комнаты.

— Что ты ответил хозяину?

— Сказал, что наказывал тебя. Ума не приложу, как оставить Рамику, схожу наверх.

Няня выслушала новость с каменным лицом.

— Что ж, лошадь нужна, я вам давно говорила. Идите и не переживайте, Стар и Велен будут рядом, а мы запремся в комнате и носа не высунем.

Сначала Стефан хотел взять повозку Рамики — на лошадях они доехали бы быстрее, чем пешком, но девушка заупрямилась, узнав, что вместе с наемником на рынок отправляется и его рабыня.

— Он обязательно посадит ее внутрь, няня! А нам соврет, что она всю дорогу рядом бежала. Нет, я не даю разрешения забирать повозку. И лошадей тоже не разрешаю брать. Он посадит на мою лошадь рабыню, а коню потом меня везти. Нет!

Идти пришлось изрядно — рынок находился на противоположном конце города.

Солнце перевалило за полдень, основные торги проходили утром, а сейчас же остались не самые лучшие животные.

Стефан осмотрел несколько мулов, потом перешел к загонам с лошадьми, и остановил свой выбор на достаточно молодой и крепкой рыжей кобыле. За неё просили пять монет, это было больше, чем он мог себе позволить. Пришлось торговаться, и Стефан мрачно подумал, что уже хорошо в этом напрактиковался.