Без чувств

Лина, следуя своей роли, смиренно присела на одеяло и замерла.

Наконец, лохань была наполнена, стол уставлен блюдами и кувшинами, занавеска задернута, а дверь плотно закрыта.

Герцог набросил полог на дверь с окном и выдохнул.

— Зачем столько еды? — поинтересовалась девушка, созерцая батарею мисок и тарелок.

— Я не знаю, что ты предпочитаешь, поэтому набрал всего и то, что, обычно, едят женщины.

— Молочную кашу, творог на завтрак? Ты их тоже любишь?

— Кашу терпеть не могу, но ты её ела, когда жила в замке, поэтому и здесь заказал, ответил герцог.

— Объясни, как подогреть, я попробую.

— Ой, нет! Когда я учился подогревать и нагревать, то немало хороших продуктов и вещей сжёг до углей. Мы останемся без ужина, окончательно добьём хозяина и выдадим себя. Лучше, давай попробуем поставить тепловой барьер.

— Как это? — Лина встала и, блестя глазами, приблизилась к столу.

— Зовешь стихию. Помнишь, я учил тебя умываться магией, чтобы снять усталость?

— Да.

— Вот, набираешь полные руки. Неси аккуратно, так. Теперь цепляй сюда. Хорошо. Не спеши. Веди руками, будто накрываешь сферой. Крышкой, то есть, — тут же поправился герцог.

— Я знаю, что такое сфера, — буркнула Аэлина. — Так?

— Да. Растягивай. Теперь вплети немного силы, только очень немного! И отпусти! Прекрасно!

Лина с гордостью посмотрела на дело своих рук — над столом еле заметно мерцала пленка в виде гигантской сферы, укрывающей все блюда разом.

— Теперь не остынет, — удовлетворенно заключил герцог.

Лина подошла, дождалась, когда ненавистная полоска разомкнулась, и вернулась к купели. Муж без дополнительной просьбы отвернулся к окну.

С удовольствием вымывшись, Аэлина сразу очистила воду и постаралась нагреть её так, чтобы она не плескалась и не закипела.

— Все? Ты быстро, — похвалил муж. — Можешь начинать, не жди меня.

И тут волнами пошел полог возле входа — кто-то ломился в дверь.

Тихо выругавшись, герцог одним движением убрал со стола удерживающую тепло сферу и полог тишины с двери, указал Лине на одеяло и сдернул с себя все до нитки.

Лина зажмурилась, пытаясь унять пылающие щеки.

— Чего надо? — грубо крикнул герцог. — Я собираюсь купаться.

— Араз, впустите, мне надо вам что-то сказать, — грахова няня!

Мужчина показал девушке жестом, что ей лучше согнуться сильнее и накинуть на голову край юбки — спрятать еще мокрые волосы.