Последний борт на Одессу

На ней разные куртки висят, и большой мешок стоит посередине. Вдруг в комнате кто-то резко дернулся. Я услышал, как скрипнули доски на полу. Потом распахнулось окно, и послышался звук падения!

Я рванул вперед, выхватывая пистолет, а Илья понесся вниз по лестнице. В комнате был диван, стол, стулья, напротив двери – открытое окно. Не раздумывая, я прыгнул. Задел головой край рамы и неудачно приземлился. Увидел человека в белой майке-алкоголичке, который улепетывал изо всех сил. Я пустился следом. Только бы не упустить! Бегал я хорошо, и расстояние между нами начало сокращаться.

Но внезапно появилась острая боль в правом колене. Как же не вовремя-то… Приземлился, наверное, неудачно. Бегущий резко свернул за угол разноцветного дома, и я его чуть не потерял. Метров пятьдесят уже между нами. Уйдет. Поднял руку с оружием вверх и выстрелил на ходу. Бабах! – разнеслось по окрестностям. Где-то рядом взревела сигнализация машины. Отлично! А беглец-то пригнулся! Не оборачивается, но, видимо, думает, что по нему стреляют. Я припустил, скрипя зубами от боли.

– Стой, убью! – заорал я и снова выстрелил.

Не оборачиваясь, незнакомец в белой майке и черных брюках снова пригнулся. Я выстрелил еще два раза. Расстояние между нами сократилось до десяти метров. При каждом выстреле он снижал скорость и пригибался. Когда я выстрелил в пятый раз, бегущий впереди упал. Но тут же пытался вскочить, и в этот момент я сбил его подсечкой. Смуглый парень в белой майке, с татуировками на руках, что-то закричал, по-моему, на испанском, и начал подниматься, но я снова выстрелил в воздух и направил оружие ему в лицо.

– Полиция! Не двигайся, пристрелю! – и для верности пнул его ногой в живот. Пнул от души, беглец согнулся пополам и упал на землю. Придавив его ногой, быстро завел одну руку ему за спину, убрал пистолет, вытащил из кармана пластиковые наручники и надел на татуированные худые руки. Быстро обыскал. Нож-бабочка в кармане, какие-то бумажки и телефон. Все, попался. И нож-то как раз тот, что нужно. Неужели убийцу взял? Сзади, запыхавшись, подоспел Илья.

– Илюх, звони нашим. Пусть машину высылают, – хрипло крикнул я. Пот тек по лицу, и очень хотелось пить.

Осмотрел задержанного. Молодой парень. Точно, латинос. Можно было бы дать и шестнадцать, и двадцать, и тридцать лет. Худой, невысокого роста. Партаки по рукам и груди. Странные. Лежит, сопли в землю пускает. Устал бежать, как и я.

– Ой, черт! – непроизвольно вырвалось, и я чуть не упал.

Нога! Резкая боль в правом колене.