Последняя буква Севера. Книга вторая

Выкладывайте все, что у нас на нее есть.

– Видео, где они с девчонками нападают на Микаэлу, – говорит Джейк. – И рассказы тех, кому Айрис навредила.

– Этого мало.

– Мало правды от пострадавших? – уточняет Олли."

"– Именно. Может, есть какие-то грязные подробности. Ники, она не изливала тебе душу? Девчонки любят заниматься подобной херней.

– Отца нет, мать пьет. – Сев на капот, Ник выдыхает сигаретный дым в морозный воздух. – Она говорила, что несколько раз воровала в магазинах вещи, но где именно понятия не имею.

– Тоже мало.

– Что еще тебе нужно, Рэм? – спрашиваю я. – Повесим на нее убийство Кеннеди?

– Нужны не слова, а доказательства, как в суде. Если мы придем к директору и скажем, что Айрис обижает девочек, а потом этих девочек спросят, и они соврут от страха отхватить неприятностей, то нас выставят лжецами и отстранят уже нас. Нужно поговорить с жертвами, нужны живые голоса, а не наши сказки.

– Я попробую, – выдыхаю я.

– Нет, не ты. – Рэм цокает языком и по очереди указывает на парней. – Ты, ты, ты и я.

Девочки любят жаловаться, так? А еще больше они любят жаловаться красивым мальчикам, ну и, возможно, тебе тоже, Ник.

– Заткнись, – усмехается тот.

– Мы должны убедить их, что, сказав правду, они будут в безопасности.

– План так себе. – Я качаю головой. – Помните, что случилось с Селестой Морган в прошлом году? Ник поцеловал ее на школьной парковке, после этого Айрис затолкала ее в туалет, раздела, написала на ее спине помадой «шлюха» и вытолкнула полуголой в коридор. Кто-нибудь за нее заступился или объявил Айрис бойкот? Нет, Селеста просто молча перевелась в другую школу.

Простите, парни, но вы не вызываете доверия. На самом деле никто не вызывает, в нашей школе каждый сам за себя. Посмотрите, что случилось с Бэйли, большая часть девчонок не захочет говорить, потому что можно остаться без волос. Мы не заставим их говорить. И угрозами тоже, – добавляю я, как только Рэм раскрывает рот.

Парни замолкают.

На парковку заезжает машина, я плохо разбираюсь в марках, но выглядит она дорого.

Из салона выходят родители Бэйли и спешно идут в сторону административного здания. Я впервые вижу отца Бэйли, издалека он напоминает мне Чарли Ханнэма: красивый, высокий, широкоплечий мужчина со светлыми волосами, на нем костюм и расстегнутое пальто. Все в родителях Бэйли, начиная от машины представительского класса и заканчивая одеждой, не вписывается в обшарпанные декорации старшей школы Уэст-Мемфиса.

Переглянувшись, мы идем следом за родителями Бэйли.